В бесконечной тьме ты смотришь на влажную смерть — то, что не может быть выявлено обычными тестами. Каждый день уносит жизнь, но не успевает рассказать о том, что с ней случилось. Ты знаешь, что есть что-то больше, чем просто кровь и мучения. Книга Голод 2 — мир в постоянной борьбе за выживание, где каждое дыхание — опасность....
Мягкий и мелодичный, он почти гипнотизировал и словно убаюкивал:
- Мой ангел… - голос этого мужчины походил на тот самый шелк, что был подо мной, в который я продолжала отчаянно цепляться пальцами, катаясь в поисках нового места, которое не впитало ещё мой жар и отдало бы мне свою прохладу.
Этот голос завораживал
Он не был рокочущим басами, как у Джейсона.
Не был томным и порочным, как у Ричарда.
Не был бархатным и низким, как у Генри.
Но при звуках этого голоса казалось, что вся чувственность мира заключена в нем.
Прохладная ладонь осторожно опустилась на моё лицо, когда я в ужасе отшатнулась, боясь прикосновений к себе.
Я не хотела этого!
Теперь я знала, что даже самые желанные и нежные прикосновения способы в секунду перерасти в нечто неуправляемое и принести много страданий.
- Тише, душа моя, тише… - прохладные ладони пахли чем-то необычным, пряным и свежим одновременно. Чем-то совершенно невообразимым, но таким приятным, что на секунду хотелось уткнуться в эту ладонь, чтобы вдохнуть в себя этот аромат глубже.
Эти ладони преследовали, не отрываясь от моего лица, приручая к себе нежно, но уверенно и беспрекословно.
Прохладные пальцы гладили меня по пылающим щекам, очерчивая скулы, губы, касаясь моих мокрых слипшихся ресниц, до тех пор, пока я не сдалась, позволяя прикасаться ко мне и слыша отрывистое дыхание над собой…и снова этот голос с акцентом, который прохрипел:
- Мой Хозяин, мы сделали все, как вы сказали…
- Алессандро, – голос этого загадочного Хозяина пробирал меня до самых костей, заставляя дрожать ещё сильнее, чувствуя, как его прохладные пальцы осторожно и нежно касаются моих волос.
Этот мужчина обладал голосом истинного певца или поэта, который мог заставить восторженную публику терять сознание или делать всё, что он только прикажет.
Он говорил четко и правильно, произнося каждый звук столь идеально и красиво, но при этом так мягко и гладко, словно его губы были шелковыми.
- Ты понимаешь, что ты и твои парни виновны?
Это было сказано мягко и мелодично, но отчего-то я покрылась мурашками, даже если этот мужчина обращался не ко мне.
- Да, мой Хозяин.
- Ты понимаешь, что все вы понесете наказание за это?
- …да, мой Хозяин.
- Разве я не предупреждал вас, что эта девушка - мой ангел и если что-то пойдет не так, то вы должны будете забыть про Рай и ваши Небеса?
-..да, мой Хозяин, - голос этого мужчины хрипел и был таким потерянным, словно он был готов встретить свою смерть прямо здесь и сейчас, тихо и смиренно.
