В бесконечной тьме ты смотришь на влажную смерть — то, что не может быть выявлено обычными тестами. Каждый день уносит жизнь, но не успевает рассказать о том, что с ней случилось. Ты знаешь, что есть что-то больше, чем просто кровь и мучения. Книга Голод 2 — мир в постоянной борьбе за выживание, где каждое дыхание — опасность....
Разве похитители не должны одеть мешок на голову и кинуть куда-нибудь в подвал?
А что потом?
Требовать выкуп?
Я покосилась на комнату ещё раз, отмечая про себя, что судя по этому волшебству вокруг, похитители особо в деньгах не нуждались, да и я не была дочерью миллионера или политика, которого можно было бы заставить принимать сложные решения.
Я буквально подпрыгнула на кровати, почувствовав новую вспышку боли, которая, впрочем, уже не была ужасающей и нестерпимой, когда где-то справа от меня открылась легко дверь, и в комнату вошла молодая женщина.
Она не улыбалась и не смотрела на меня, глядя исключительно в пол, когда подошла к кровати, где продолжала лежать я, прячась за шелковым покрывалом от этого непонятного мира вокруг:
- Госпожа, вы проснулись. Я должна осмотреть вас.
Я знала этот голос и выдохнула с долей неподдельной радости:
- Габи!..
Но поняла, что моя радость была столь же напрасной, сколь напрасными были мои надежды на страшный сон и пробуждение от этого кошмара.
- …откуда вы знаете мое имя?
Она была не просто растерянна этим.
Она была испугана.
И на секунду я растерялась, пробормотав поспешно и отрывисто:
- Я слышала ваш голос, когда….
Не знаю, успокоил ли её мой ответ, но Габи поспешно опустила ресницы в пол, словно испугавшись того, что она подняла глаза за меня, как-то вся скукожившись. И, глядя на неё, я отчетливо понимала, что не смогу найти поддержки и просить помощи.
- Могу я спросить?... - осторожно начала я издалека, боясь снова испугать женщину излишними эмоциями, когда она буквально вся собралась в тугой комок, быстро заговорив:
- Я просто делаю свою работу, госпожа! Позвольте, я осмотрю вас и уйду!
И слушая её, я теряла последние крохи на спасение, потому что Габи была не на шутку напугана и только что дала понять, что она сама мечтает сбежать из этого места, как только закончит свою работу.
И я не могла её винить в этом.
