Глубокое исследование человеческих зависимостей и внутренних демонов. Произведение раскрывает борьбу личности с неконтролируемыми желаниями, которые подчиняют волю и разум. История о том, как тонкая грань между силой воли и всепоглощающей страстью определяет судьбу человека.
Кажется, было слышно даже окружающим, как крутились винтики в моей голове, когда я судорожно соображала, сопоставляя факты, и пытаясь прийти хоть к какому-то более или менее логичному выводу.
Факт первый – Генри и Ричард сводные братья по отцу.
Факт второй – мама Генри уже была здесь.
Всё-таки моя челюсть клацнула, когда я во все глаза уставилась на старшую белобрысую ведьму, у которой вместо крови, кажется, и правда был только чистейший яд.
Неужели это была мама Ричарда?!
Пытаясь отбросить эмоции и жуткий шок, я всматривалась в её точеное лицо, пытаясь отыскать в нем какое-то сходством с лицом Ричарда, когда меня поразила молния, буквально вбив клин в позвоночник.
НЕВ…НЕВЕСТА….
Это был тот самый удар, который убил во мне всё живое, что ещё трепетало, и пыталось дышать после неудачной ночи с Ричардом.
Глава 108.
Я не помнила лица девушки, которую видела на фотографии в его кабинете, запомнив лишь то, что у неё были светлые глаза и блондинистые волосы, как и у второй особы, которая стояла в белом платье.
Это определенно была она.
И я ошиблась лишь немного, она ещё не была его женой…но какая была разница, если она стояла, держась за руку его матери и источала то же высокомерие и ненависть по отношению к нам?
- Не скажу, что я в восторге от вечеринки, но я готова терпеть, чтобы побыть рядом с тобой, сынок, - женщина снова протянула руку, прикоснувшись к щеке Ричарда, и теперь не могло быть и доли сомнений, что перед нами стояла его мать.
Ричард дернул головой, убирая её руку от себя, не проронив ни слова, когда я шагнула от него, чтобы освободить место для невесты, которая должна была быть с ним по закону.
Боже, как же это было больно!
Мне казалось, что меня не просто растоптали, а размазали по полу, не оставив даже мокрой лужицы.
Меня просто не было.
Лишь душа горела в агонии.
