За огромным окном штатов Харб просматривается пейзаж: медленно плывущие баржи и солидные буксиры. Окно словно разделяет прозрачное небо, окутанное теплыми оттенками осени — золотистым и оранжевым. В эти моменты будто бы мир стирается в бесконечность.
И черт с ними — с товарами высокого качества! Большие деньги там, где есть массовый спрос. Если нам удастся ворваться в ряды производителей дешевых товаров, имея при этом репутацию производителей добротного и модного товара, то у нас не будет достойных конкурентов.
— Я считаю, что Джордж высказал очень разумную мысль, — прогнусавил Блейк. — Я не стал бы ехать так далеко, если бы не думал этого. Я заинтересован в защите своих капиталовложений. Дуг. Честно говоря, плевать я хотел на то, какие туфли мы делаем, для меня главное, чтобы туфли эти приносили доход.
— Значит, забаллотируем Старика, так? — сказал Кинг. — И проголосуем за нового президента, так?
— Совершенно верно, — сказал Стоун.
— Кто?
— Что — кто?
— Кто будет этим президентом?
Воцарилась неловкая пауза. Трое мужчин молча переглядывались.
— Конечно, — сказал Стоун, — у тебя тринадцать процентов акций и это весьма значительный пакет, весьма значительный. Но вместе с тем, ты с этими акциями ничего не сможешь сделать, если не присоединишь их к тем, что имеются у нас.
— Я не вижу смысла, чтобы ходить здесь вокруг да около, Руди, — твердо заявил Блейк. — Перевод производства на товары широкого спроса — целиком и полностью идея Джорджа, впрочем, как и наша сегодняшняя встреча. Я уверен, что Дуг поймет справедливость нашего требования.
— Мы рассчитывали на то, — осторожно, как бы ожидая грядущего взрыва, проговорил Стоун, — что президентом у нас должен быть Джордж Бенджамин.
— Должен сказать, — сухо заявил Кинг, — что для меня это довольно-таки неожиданное решение.
— Но тебе, конечно, будет предоставлен пост вице-президента, — поспешно вставил Стоун, — с огромным повышением денежного оклада.
Дуглас Кинг некоторое время молча рассматривал собравшихся, а потом так же молча поднялся. Сидя на диване, он производил впечатление человека весьма плотного сложения, но стоило ему подняться, как впечатление это тут же рассеивалось.
