За огромным окном штатов Харб просматривается пейзаж: медленно плывущие баржи и солидные буксиры. Окно словно разделяет прозрачное небо, окутанное теплыми оттенками осени — золотистым и оранжевым. В эти моменты будто бы мир стирается в бесконечность.
— Вы намереваетесь наладить самый массовый выпуск обуви, таких вот моделей, правильно я вас понимаю, Джордж? — спросил он, держа в руках красную туфлю. — И вы намерены поставить товарный знак Гренджера на эту дешевую продукцию?
— Совершенно верно."
"— При этом вы рассчитываете на то, что нам удастся сократить наполовину число производимых в настоящее время на фабрике технологических операций, — он на какое-то время умолк, как бы производя в уме необходимые подсчеты. — Штампы и матрицы по существу сделают ненужными существующий ныне раскроечный цех.
— Это ведь весьма здравая идея, не так ли. Дуг? — с надеждой в голосе спросил Бенджамин.
— И в результате всего этого мы получим такую вот туфлю. — Кинг уставился взглядом на образец в своих руках.
— Не вижу ничего плохого в этой модели, Дуг, — оправдывающимся тоном проговорил Стоун.
— Очень может быть, что Старик и впрямь доведет нас до ручки, — сказал Кинг, — но он по крайней мере старается выпускать приличную и добротную обувь.
— Погоди секундочку. Дуг, мы же тебе…
— Нет, уж это вы погодите секундочку! Я люблю “Обувь Гренджера”. Я работаю на этой фабрике двадцать шесть лет, поступив туда на склад в шестнадцать. Если не считать службу в армии, можно сказать, что всю свою сознательную жизнь я проработал в этой фирме. Я здесь все могу определить по звуку, по запаху — любую операцию. И кроме того, я научился здесь разбираться в обуви.
— Ну, что ж, не стоит спорить, — сказал Стоун, — здесь ведь только несколько образцов. Мы можем пойти на выпуск несколько улучшенной модели — не столь облегченной… Можно, например, что-нибудь…
— Что можно? Да эта туфля через месяц разлетится вдребезги! Где здесь стальная пластинка для крепления каблука? Что вы, черт побери, сделали с задником? Где твердая основа для носка? А подкладка? — Кинг одним движением пальцев вырвал подкладку, а затем безо всякого усилия сорвал перепонки с застежками.
Взбешенный производимым на его глазах разрушением, Стоун взорвался.
— Этот образец стоил нам…
— Руди, я отлично знаю, сколько он стоит.
