Ник, шофер, несколько раз спрашивал, почему я больше не летаю и не загоняю аэрокар в гараж. Я отвечала, что он все еще на диагностике в Ферисголде, и клеила на лицо улыбку. Деньги за не пригодившиеся гараж и аренду в Иринве мне должны были перевести только в следующем месяце — переводы сумм контролировались. Так что, квартиру я снять не могла. Мне нужно было закрепиться на работе, задобрить Гримми, чтобы было, где жить, и что есть, пока не решатся вопросы с деньгами.
Вся надежда была на прием в честь нового владетеля, где я хотела показать Гримми, что являюсь очень полезной.
Праздник планировалось провести позже, а пока что дело ограничилось гостями и поздравлениями избранных.
Повар Гу и его свора помощников наготовили дивных яств, главную залу вычистили-выдраили-украсили, прислугу приодели наряднее. Территорию патрулировала охрана — наша и центаврианская, подъездная дорожка была забита наземными карами, а аэро-площадка — аэрокарами.
Энгорская знать собралась в зале.
Я уже пару раз работала на таких приемах и знала, что моя главная задача — быть расторопной и незаметной.
Я лавировала по зале, огибая столы, фонтанчики с шоколадом и шампанским, столики с закусками, держала на лице улыбку и присматривала за Несси, новенькой.
Она сильно нервничала. Улучив момент, я подошла к ней вместе с подносом, на котором оставалось три бокала шампанского.
— Спокойно, не трясись. И отлепись уже от стенки.
— Гримми меня убьет… Я разбила бокалы…
— Пустяк.
— Регин, — Несси поглядела на меня глазами страдалицы.
— У меня пульс скачет и живот прихватывает. Так много людей… я сейчас задохнусь.
— А ну-ка идем, — я повела ее за собой, продолжая улыбаться. Понятны причины ее волнения: первый раз прислуживает на приеме, да еще и титулованным ослам. Страшно! Не угодишь, и схлопочешь неприятности. Выскользнув незаметно из залы, мы свернули в закуток.
— Пей.
— Ты что? Это для гостей!
— Несси, не смеши, — для примера я и сама осушила один бокал.
Девушка собралась с духом и попробовала шампанское.
Сделала она это с таким видом, будто пробует яд.
— До дна, — потребовала я.
— А если опьянею?
— От одного бокала тебе ничего не будет. Зато нервы придут в порядок, повеселеешь, зарумянишься, перестанешь бить посуду.
Несси осушила бокал и призналась скромно:
— Вкусненько.
— Ну и ребенок ты.
Подбодрив горничную, я вернулась в залу. На возвышение в центр вышла Элайза, бывшая владетельница."
"Мне стало тоскливо.
