Расследования возвращают его к жизни после невероятных событий. Теперь он стал свидетелем любви и предательства между юной врачихой и девушкой похожей на Ленку. Снова за границей, он готов揭开新的秘密，但每一步都伴随着危险和背叛的阴影。
Не планировал я поездки в Череповец, по вашей милости четыре дня коту под хвост. Иван Александрович, вы и так узнали больше, нежели положено судебному следователю.
— Ну, хоть пару слов, — взмолился я. — У вас еще целый час. Я сейчас сам сбегаю, извозчика отыщу, вас за десять минут доставят. Я ведь правильно мыслил? Хоть намекните? Я же вас в деле Борноволкова не подвел, да? И акции отыскал, и язык за зубами держу. Николай Иванович, не будьте этим… Ну, этим самым.
Подозреваю, со стороны я напоминал ребенка, уговаривающего строго отца купить лакомство.
А ведь подействовало! Наволоцкий вздохнул, покачал головой и снова сел.
— Только из уважения к вашему уму, да к тому, чтобы вы дальше землю не рыли. Алексей Калиновский после Императорского училища правоведения на службу не сразу определился, а пожелал отправиться в Европу. Генерал денег на содержание давал, но не очень много. На жизнь хватит, а шиковать не вышло бы. И ввязался Калиновский-младший в какую-то авантюру, попал в полицию, потом и в тюрьму.
— Помогут сыну, но не за красивые глазки, и не за деньги, — догадался я.
— Именно так, — кивнул Наволоцкий. — Дальше рассказывать не стану, с вас довольно. Все. Прощайте. Извозчика мне искать не нужно, ему велено было у суда ждать. Про то, что молчать нужно, вы знаете.
Суперсекретный чиновник вышел, оставив меня не в лучшем состоянии духа.
Наволоцкий либо не сказал ничего, либо рассказал очень много. Можно предположить, что получив весточку от «добряков» из иноземного посольства, Калиновский к министру не пошел, в отставку не подал, а из любви к сыну сделал все, что от него просили.
А дальше просто. Коготок увяз, птичке кранты. Алексей, скорее всего, в Россию не вернулся, а инженер-генерал продолжал снабжать чужеземцев интересующими их данными.
Есть еще подозрение, что из-за сына на папашу и вышли. Наверняка русское посольство обратило внимание, что генеральский сын живет не по средствам. Вероятно, сначала взяли в оборот сына, а через него добрались и до папы.
