Дмитрий Максимов восхищается старинными локомотивами, видевшими свет в его жизни. Однако, когда он встречает Ивана Чернавского на паровозе, это ошеломляет — для него это чудо технического совершенства и эпохального вида. Уже вскоре выясняется, что это не простой вираж или экспедиция по историческим станциям....
Да, но почему она Анна Игнатьевна, если это деревенская девка?
— А Анна Игнатьевна, потому что Ваня ее так зовет, — сообщила маменька. — Кстати, ей очень подходит. Серьезная барышня. И не скажешь, что деревенская девчонка. К тому же, успела захватить власть на кухне.
Ну кто же мог знать, что девчонка проснется раньше прочей прислуги и отправится готовить завтрак? Ну да, она же привыкла подниматься ни свет, ни заря, а в Питере прислуга балованная, просыпается в пять утра. Да Нюшка к этому времени успела плиту затопить, отыскала все нужное и принялась стряпать.
— И Матрена ей уступила? — удивился отец, недоверчиво посмотрев на меня. — Не может такого быть. Да она меня черпаком прибьет, если на кухне не во время появлюсь.
— Тебя, или меня — запросто, — хмыкнул я. — А мою кухарку убить трудно. Она в Череповце купцов учит, как правильно дела вести. И ничего, еще ни разу не убили. Вначале, правда, посылают подальше, но потом сильно благодарят.
Преувеличил, разумеется, влияние Нюшки на наших купцов, ну да ладно.
— Слушай, а ведь и точно! Это я, голова садовая, забыл, что эта самая Анна Игнатьевна и есть та девчонка, которая из-за тебя с офицерами драться кинулась, — хлопнул себя по лбу отец.
— С какими она офицерами драться кинулась? — сразу же всполошилась матушка. — И что за драка? И отчего я не знаю?
Ну батюшка, удружил родному сыну! Я же про тот злосчастный случай родителям не писал. Понимаю, отцу по своей должности все известно, положено, случай незаурядный, если сразу три поручика застрелились из-за проигранной драки.
— Саша, я тебя спрашиваю — что за драка? — спросила маменька металлом в голосе. — Что это за офицеры такие?
— Ох, Оленька, я же уже опаздываю, — вскочил со стула отец. Быстро поцеловав матушку, хлопнул меня по плечу и сказал, удирая из столовой: — Ванька, придется тебе самому обо всем мамке рассказать. Прости, язык распустил. Я на обеде нынче подольше буду. Есть разговор. И о твоих новшествах, и о друге твоем исправнике.
Ну да, господин товарищ министра! Огромное тебе спасибо. Правильно говорят, что болтун… Ну, сами знаете. Надеюсь, государственные тайны батюшка не рассказывает?
Зря маменька говорит про отцовское брюхо. Вон, не помешало удрать. Но вообще, батюшка правильно сделал, что сбежал. Я бы на его месте также поступил. Но коли мне удирать неудобно, то придется рассказывать правду.
Встал, ухватил свой стул и подтащил его к матушке.
