В кромсном доме жил человек, привыкший к суете городских улиц, но сегодняшняя встреча в просторной комнате частного сыщика заставила задуматься о своем внешнем виде. Нэн вздохнула, чувствуя себя скованной перед будущей клиенткой, которая внимательно осматривала её с интересом и ненавистью....
А вот дальше…
В комнате Юны Эйфил теперь жила совсем юная девочка, которая при виде нас сжалась в комок, вдавливаясь в спинку кровати.
Комната почти ничем не отличалась – кроме того, что кроватей здесь оказалось две. А еще здесь висел плотный тяжелый запах – кажется, ночные вазы выносили несколько реже, чем следовало бы, и их миазмы смешивались с застоявшимся духом немытых тел.
– Почему она связана? – выдавила я из себя.
Девчушка была перетянута толстой веревкой поперек тела.
– Увы, нам приходится прибегать к таким мерам с буйными пациентами, – скорбно вздохнул доктор Дикард.
– Ыыыыыыы! – замычала вдруг девушка, перекривив рот. Из его уголка потянулась струйка слюны.
– Позвольте, – произнес бесцветный голос за спиной, и нам с Дикардом пришлось посторониться из дверного проема.
Какой-то удивительно безразличный мужчина без сюртука и шейного платка, но в жилете и нарукавниках поверх рубашки, провел мимо нас, поддерживая под локти, старуху… или не такую уж старуху? По лицу женщины, изборожденному морщинами, было сложно определить возраст.
А потом она вдруг вывернулась из захвата своего сопровождающего, кинулась ко мне и вцепилась тонкими костлявыми пальцами в мою руку.
– Помогите мне! Я не сумасшедшая!
Сопровождающий, по-прежнему не выражая никаких эмоций, дернул ее за плечо, а затем как-то очень сноровисто отцепил ее пальцы от моей одежды.
– Прошу прощения, – вздохнул Дикард. – Думаю, здесь больше не на что смотреть. Идемте.
– Почему она мокрая? – тихо спросила я, отступая.
– Процедуры, – доктор пожал плечами. Мы возвращались по казавшемуся бесконечным коридору – и за дверями по обе стороны от нас кто-то кричал, кто-то неистово хохотал, кто-то пел. – В своей практике мы сочетаем новейшие методики с теми, что уже доказали свою эффективность столетиями применения.
Он распахнул одну из дверей – на мой взгляд, ничем не отличающуюся от прочих.
Только за ней никого не было.
Такие же оштукатуренные стены, как в палатах. Такое же зарешеченное окошко под потолком. Только полное отсутствие какой-либо мебели, если не считать нескольких стульев вдоль стен.
