Макс медленно опустил руки, нехотя освобождая её из плена, а Катя застыла, словно загипнотизированная грустными мужскими глазами. Девушка боролась сама с собой, не в силах ни уйти, ни прильнуть к тому, к кому влекло с невероятной силой.
— Кэтрин, ну простите меня, — вдруг глухо прошептал Максимилиан. — Я совершил огромную ошибку. Я осознал и её, и свои грубые действия. Но тогда я не подозревал, что вы неравнодушны ко мне.
Катя закусила губу. Он думает, что она всё ещё не может простить его из-за письма? Из-за желания разорвать помолвку?..
Ну да, он же не может знать… даже не догадывается…
И вдруг она поняла, что возможно у них осталось лишь несколько встреч, и вскоре она уже никогда не сможет посмотреть в эти необыкновенные глаза, наполненные нежностью и… чем-то ещё… таким необыкновенно щемящим и заставляющим сердце замирать от счастья.
В следующее мгновение, больше ни о чём не думая, не сомневаясь, Катя подалась вперёд, приникая к Максу, оплетая его шею тонкими руками, поднимаясь на носочки, подставляя губы для поцелуя.
— Кэтрин, сердце моё… — сильные руки вновь обняли её, мужская ладонь скользнула на затылок девушки.
Макс прижимал её к себе так сильно, словно боялся, что она исчезнет прямо сейчас, а Катя полностью потерялась в чувствах и ощущениях, осознавая лишь одно — в данное мгновение ей безумно хорошо, и она счастлива.
— Малыш, что случилось? — Катя с беспокойством посмотрела в глаза расстроенного Ники, которые, к удивлению девушки, вдруг наполнились слезами, а сам мальчик, похоже, еле сдерживался от рыданий.
— Они сказали, что пора, — глухо проговорил маленький лорд Червинг, еле справившись с собой. — Пора души вернуть в родные тела. Так и сказали.
Катя сразу поняла, что это означает и кто такие «они»: ей пора возвращаться домой, её время в Эллии истекло. Мудрые маги жизни так решили.
Только почему именно сейчас?! Она не хотела домой… То есть хотела. Очень. Но позже. Она совсем недавно стала магом, и так хотелось ещё немного помагичить. А Макс Дарвиг… так быстро оставить его?..
Тягостное чувство разочарования хлынуло в сердце, но на лицо Катя надела нейтральную улыбку — она очень постаралась, чтобы маска получилась, — малыш не должен видеть её испуг и нежелание возвращаться.
— Задержаться никак нельзя? — осторожно поинтересовалась Катя. На всякий случай. А вдруг…
Но Ники не оправдал её надежду, — с совершенно несчастным видом он отрицательно мотнул белокурой головкой в зелёном берете.
— Нет, — прошептал он. — Ритуал состоится через час.
— Как через час?! — испугалась Катя. — Максимилиан уехал домой поговорить с отцом… Я больше его не увижу?!
— Кэтрин, я ничего не могу поделать… — всхлипнул Николас.