Автор
Летом 1816 года за Лондонскими пределами разбойник наблюдал через рогатую луну, ожидая своей очереди на казнь. Темнота ночи лишь подчеркивала его замкнутость и одиночество, как будто мир отвернулся к нему спиной. На его плечах носил маску из теней, скрывая истинную природу - частью грешной, частью святой....
"
"– Это будет поцелуй по принуждению, – ответила она так холодно, что по спине Триса побежали мурашки. Ему нравился ее характер.
– Я не рискну спешиться, так что ты – должна подняться ко мне.
– На лошадь? – Она пошатнулась от страха.
– На лошадь.
Крессида Мэндевилл уставилась на наглого безумца, возвышавшегося на огромной лошади, понимая, что ее терпение на пределе. Она заключила отвратительную сделку с лордом Крофтоном, и ей придется неделю быть его любовницей. В карете она уже выдержала его домогательства, хотя ее чуть не стошнило.
– Оставь деньги себе! – отрезала она.
– Поцелуй его! – зарычал Крофтон.
Крессида не успела опомниться, как злодей спрятал пистолет, подъехал к ней, наклонился, подхватил на руки и усадил в седло перед собой.
Она подавила крик, чтобы не показать, как сильно напугана, а очутившись на лошади, крепко закрыла глаза и стала молиться.
– Тише, тише, малышка, спокойно! Здесь наверху не так плохо, уверяю тебя!
Насмешка в его голосе уязвила гордость пленницы.
Крессида приоткрыла глаза. Она могла видеть только темную одежду, ее щека касалась теплой шерсти, чувствовался запах сандалового дерева.
В самом деле очень странный разбойник.
Крессида заставила себя разжать руки и выпрямиться. Она повернулась в сторону Крофтона. Он застыл на месте, так как рядом стоял еще один злодей с двумя пистолетами.
Крессида вспомнила о том; как несколько месяцев назад была в лондонском театре и смотрела пьесу, в которой разбойник оказался героем. В жизни, конечно, все по-другому.
Все равно, если выбирать между этими двумя мужчинами… Она отогнала эти мысли.
Крессида сидела в седле боком впереди незнакомца и была прижата к его телу. Их бедра и ноги соприкасались.
Она вдруг почувствовала, как он пришпорил коня и тот рванул вперед.
– Что ты делаешь? – закричала испуганная женщина.
– Немного увеличиваю дистанцию между нами и твоим галантным кавалером, милая. Если я собираюсь уделить тебе должное внимание, то не хочу, чтобы это произошло на его глазах.
Сарказм в словах «галантный кавалер» уколол ее.
– Ты не имеешь права смеяться над ним! Ты вор!
– Как горячо ты защищаешь его!
Ей нужно было осмотреться.
