В тени мрачного подъезда, где воздух напоминает смрад уничтоженной кладки змеиной шерсти, медленно продвигаешься к закрытой двери. Открыв её хлипкой защёлкой и сдерживая вздох от нестерпимого запаха, чувствуешь себя вдвоём с оружием против всей жуткой тьмы улицы.
Да и Макса я в какой-то степени могла понять: об меня, конечно, не тушили сигареты, но я тоже получала, так что могу представить, что он чувствует.
— Мы оба наговорили лишнего, — вспоминаю заодно и свои слова. Парень ради меня принципами поступился, а я… — Но ты должен понять, что она — моя мама. Другой у меня нет и не будет, понимаешь? Это не значит, что я просто взяла и забыла о том, через что прошла, но я не могу её бросить.
— Понимаю. Но всё равно против того, чтобы ты тут оставалась.
Его никогда и никому не под силу переделать; так и останется упёртым ослом…
— Пожалуйста, не заставляй меня выбирать между вами… — с ужасом округляю глаза.
И дело вовсе не в том, что я ни за что не выбрала бы Макса. Как раз наоборот. Это было бы слишком ужасно, если бы я отказалась от матери?
Слышу ответный смешок Макса.
— Я, конечно, засранец, но не до такой степени, — произносит он. Пару секунд в трубке стоит тишина, а потом он всё же договаривает. — А если бы я всё-таки поставил тебе ультиматум, кого бы ты выбрала?
Пару секунд молчу, собираясь с мыслями: мне кажется, что бы я сейчас ни ответила, у меня в любом случае будут проблемы.
— Это нечестно! — восклицаю я. — Ставить такой ультиматум человеку, находящемуся в моём положении!
Макс вновь смеётся, и у меня на душе становится теплее.
— Ты выйдешь ко мне?
Старательно прячу улыбку и качаю головой так, чтоб он это увидел.
— Не заставляй меня подниматься к тебе.
На секунду пытаюсь представить его в своей квартире и… не могу. Макс никак не визуализируется у меня посреди этого загнивающего двухкомнатного ада.
— Стой, где стоишь. Сейчас спущусь.
Мне хватает пары секунд, чтобы натянуть тёмно-синее зимнее пальто и застегнуть чёрные кожаные сапоги на сплошной подошве, которые мы купили вместе с Ксюшей, но из подъезда я выхожу не раньше, чем через пять минут: не хочу, чтобы Макс знал, что я неслась к нему, не видя ступенек.
— Зачем ты приехал?
Макс делает едва уловимое движение рукой, и вот я уже впечатываюсь в его грудь лицом.
— Знаешь, мне хватило и десяти минут, чтобы понять, что ничто не стоит ссоры с тобой, — мурлычет он мне в шею, и я изо всех сил удерживаю себя в руках. — Это прозвучит смешно, но я жутко скучал по тебе.
Обхватываю парня руками и поглубже зарываюсь в его объятия.
