В темной ночи на дымящейся машине водитель наблюдал за лесом и моросью. Машина криво ползла по грязи, скрываясь в тени деревьев. Лишь звезды мерцали сверху, подчеркивая ожидание приключений в уединенном лесном краю.
Здесь снова показался частный сектор, небогатые дома. С высоты возвышенности окраина городка предстала как на ладони. Море зелени, скаты крыш, кривые улочки, посыпанные щебнем. За крайними домами голубела речушка.
Въехали на пятачок с клумбой в центре. Максим показал направо. Буторин кивнул. Табличка на заборе извещала: «Stok Jabłkowy, 3» — Яблоневый Спуск, 3.
Мотоцикл въезжал на сравнительно широкую улицу. Заспешил к обочине немолодой поляк, толкающий перед собой тележку с углем. Буторин притормозил, нетерпеливо жестикулируя: прочь с дороги! Не участвовать же еще в одном дорожно-транспортном происшествии! Злобно фыркнул, выжал газ.
Дорога плавно спускалась с холма, змеилась то влево, то вправо. До околицы пришлось добираться довольно долго. Улицу обрамляли кусты акации, пестрели цветники. Проплыла небольшая подстанция, пустырь."
"Строения под номерами 95 и 96 заслонял высокий дощатый забор. В нем имелись закрытые ворота, правее — калитка. Прохаживался часовой. Вдоль кустарника на обочине стояли легковые машины.
Часовой уставился на них исподлобья. Сбрасывать скорость было рискованно. Мотоцикл проехал мимо указанных зданий. Городок обрывался, впереди маячил мостик через речушку. Часовой отвернулся, потеряв к мотоциклу интерес.
С обратной стороны все охранялось так же, сомнений не было.
Не доезжая моста, Буторин повернул направо. От Яблоневого Спуска ответвлялась еще одна дорога. Она огибала крайние участки и переходила в параллельную улицу.
Белая изба с голубыми наличниками оказалась совсем рядом. Вблизи она уже не смотрелась нарядной, потускнела, стены разъедали трещины. Безымянная улочка тянулась по косогорам.
В ограде имелась калитка. Посторонние в доме не жили — никаких признаков. Дальше — тоже без примет оккупации.
