Она полностью обеспечена — горючим, вооружением, боеприпасами, продуктами. Там не только немцы, но и все их союзники — румыны, венгры, итальянцы. Частями командуют опытные офицеры и генералы. Войска продолжают поступать — по автомобильным и железным дорогам. Их снимают из Франции, Бельгии, перебрасывают к границам Советского Союза. Резонный вопрос: зачем? Побряцать оружием и уйти? Процедура весьма затратная. Агентура активизировалась, проникают диверсанты, пакостят на дорогах, устраивают поджоги на складах ГСМ. Работает абвер.
Когда начнется, мы не знаем. Завтра, через месяц. Но явно не к осени — зачем немцам наши холода и распутица? И война, товарищи, будет такая, что мало не покажется. А наши войска отведены от границы, вся авиация на дальних аэродромах. Стрелковая дивизия комдива Драгунского дислоцирована восточнее города, у них некомплект во всем — в людях, в боеприпасах. Коммуникации растянуты…
— А как же Пакт о ненападении?
— Да подотрутся они этим пактом, — фыркнул Малютин. — И подписали они его, чтобы сил накопить и нашу бдительность усыпить.
Придумают предлог, как было в Польше, а то и вовсе без предлога… Ладно, давайте к нашим баранам. Точно бараны, хотя о мертвых и нельзя плохо… — Малютин сокрушенно поцокал языком. — Капитан Берзин со своей группой изначально допустили ошибку — они засветились. Вот здесь они погибли. — Палец секретаря ткнул в точку на Бугове севернее города. — Заманили их в ловушку, видно, скормили дезинформацию, что важная птица полетит через границу, а хутор — вроде перевалочного пункта.
Наши обрадовались, рванули туда всем составом, никого не известили, хотя должны были поставить в известность руководство городского НКВД. Их там всех и изрешетили. Рыбаки на Бугове стрельбу услышали, сообщили пограничникам. Пока по инстанции доложили, уже утро началось. А на хутор и вовсе к полудню добрались. Там такое месиво… Криминалисты работали, но толком ничего не выяснили.
— Берзин знал про «крота»? — прямо спросил Шелестов.
— Нет, ни в коем случае, — покачал головой Малютин.
— Группа из областного управления прибыла в район для активизации борьбы с вражеской агентурой в связке с местными товарищами. Может, у Берзина и были ЦУ от своего начальства, но об этом неизвестно. Наличие немецкой агентуры — факт общеизвестный, и то, что враг проник в наши структуры, — тоже не секрет. Но то, что в штабе дивизии действует вражеский агент, что идет полномасштабная утечка информации военного характера, — об этом Берзин не знал.
