В темной ночи на дымящейся машине водитель наблюдал за лесом и моросью. Машина криво ползла по грязи, скрываясь в тени деревьев. Лишь звезды мерцали сверху, подчеркивая ожидание приключений в уединенном лесном краю.
Перед нами остановка, здесь ходят 5-й и 4-й городские автобусы. Всякое может случиться, вдруг машины под рукой не окажется. Не всегда уместно корочками светить. Переезжайте шоссе, не стесняйтесь, — и в город по Кобринской улице. Так быстрее до границы доберемся. Теперь сворачивайте на Полесскую, потом по Фрунзе, на запад… У вас неплохо выходит. Может, и впрямь моим водителем поработаете? — У первого секретаря поднялось настроение, он откинулся на спинку сиденья, начал насвистывать.
День был теплый, сияло солнышко.
Близость границы все же чувствовалась — по количеству патрулей и милиции на улицах. Рослый боец ощупывал парня с пролетарской внешностью. Тот покорно стоял, раскинув в стороны руки, смотрел в небо. Второй патрульный, отступив на пару шагов, поглаживал затвор карабина — на всякий пожарный случай.
— Вот в этом доме моя городская ведомственная квартира, — кивнул Малютин на проплывающую серую глыбу. — Но я предпочитаю обретаться за городом. И Анастасии Львовне там легче дышится. У нее астма, порой до приступов доходит, в панику впадает. Хорошо, что доктор живет в соседнем доме — всегда прибежит, если укол надо сделать. Или его жена с дочкой помогут, если самого нет, — у них тоже медицинское образование.
— Жену не арестовали? — уточнил Максим."
"— Так жену не за что, — сделал неопределенный жест Малютин. — Если халатность со стороны Кострова, тогда точно не за что. Если докажут, что враг — тогда всякие варианты возможны. Жалко ее, хорошая женщина. Да и Анастасия расстроилась, когда узнала про Николая.
— Это может быть человек, связанный с другим ведомством?
— Их люди могут быть связаны с любыми ведомствами. Но «крот» в дивизии у них есть точно.
