Диверсионный отряд под командой майора Райдона Куроки вышел в ночной поход. Температура воздуха неуклонно снижалась, днем и ночью оставаясь под восьмидесяти градусами. Солдаты носили специальные комбинезоны для минимизации тепловых потерь на свежем воздухе. Впереди лежал нелегкий поход к пограничным силам монголов, угрожающим окружить отряд....
Сейчас это не удастся, а вот позже надо будет попробовать.
— Да, это хорошая мысль. Командир батальона полковник Танака был бы доволен.
— И не только Танака. Но это уж как получится. Русские сильные воины, не чета монголам, а в советники набирают опытных офицеров. Для них попадание в плен позор, как и у нас. Только харакири они не делают, предпочитают драться до конца, в последний момент подрывают себя гранатой либо стреляются. Итак, отметим, что на заставе с большой долей вероятности находится советский военный советник.
— Там все так же, как и было. Офицер исчез, господин майор.
Куроки усмехнулся:
— По-твоему я ослеп? Вижу. Наверное, пошел на заставу.
— Пограничникам подносят завтрак.
— А вот это тот момент, которого я ждал, — заявил командир диверсионного отряда, достал ракетницу и поднял руку.
Старший лейтенант Шагаев уже дошел до развалин старой крепости, когда за спиной у него взмыла в небо красная ракета. На нее с недоумением смотрели несколько пограничников, оказавшихся рядом с военным советником.
Тут же с востока ударил станковый пулемет. Было видно, как разлетелась на куски вершина одной вышки, за ней и второй. Бойцы, пробитые пулями, рухнули на землю. Пулеметный расчет перенес огонь на позиции, оборудованные на внутренних сопках.
Раздался крик капитана Гандорига:
— Застава, в ружье!
Бойцы рванулись в оружейную палатку.
Два монгольских ручных пулемета открыли ответный огонь, дали по нескольку коротких очередей и смолкли.
Заместитель начальника заставы рванулся к штабной палатке.
Связист уже вызывал старшего наряда сержанта Бурбата. Тот не отвечал. Наверное, провод был перебит либо…
Начальник заставы отдал приказ личному составу занять позиции обороны. Бойцы бросились к естественным укрытиям и развалинам древней крепости, на бегу заряжая винтовки. Боец с единственным уцелевшим ручным пулеметом залег в одиночном окопе между вторым и третьим отделением. Четвертое укрылось в траншее у палаток. Связист продолжал вызывать Бурбата.
Шагаев достал из кобуры пистолет ТТ и залег рядом с начальником заставы. Гандориг приказал связисту выйти из палатки и укрыться вместе с четвертым отделением.
Потом монгольский капитан взглянул на советника и спросил:
— Ты что-нибудь заметил на позициях наряда?
— Нет, хотя…
— Что хотя, Алтан?
— Было слабое движение в одном из кустов. Но сержант сказал, что это часто тут бывает.
— Прозевали мы японцев. Теперь вопрос, сколько их.
