Диверсионный отряд под командой майора Райдона Куроки вышел в ночной поход. Температура воздуха неуклонно снижалась, днем и ночью оставаясь под восьмидесяти градусами. Солдаты носили специальные комбинезоны для минимизации тепловых потерь на свежем воздухе. Впереди лежал нелегкий поход к пограничным силам монголов, угрожающим окружить отряд....
— Я испортил тебе настроение?
— Нет, я просто рассуждаю. Но иди. Я смотрю, заместитель распустил строй. Пора брать командование в свои руки.
— Я буду на позициях наряда.
— Да.
Советник прошел в штабную палатку.
Связист поднялся, принял стойку смирно.
Шагаев махнул рукой.
— Вольно, садись. И вызови-ка мне сержанта Бурбата.
— Слушаюсь, товарищ старший лейтенант! — Он тут же протянул трубку советнику. — Старший наряда на связи.
— Я «Байкал»! — сказал тот.
— «Орел», слушаю.
— Собираюсь к тебе. Предупреди подчиненных.
— Вас понял. Сейчас сделаю. Через пять минут выходите.
Вскоре советский военный советник зашел в небольшой окоп, перекрытый бревнами на манер блиндажа. У той его стороны, которая была обращена к границе, стояла стереотруба.
— Как дела, сержант? — спросил Шагаев.
— Да спокойно все, товарищ старший лейтенант.
— Спокойно, говоришь? А ну-ка посмотрим местность.
Он припал к окулярам стереотрубы, увидел сопки, плато, рассеченное множеством оврагов и балок. Там никого, ни людей, ни техники.
— Это что? — Старший лейтенант опять пристально посмотрел на куст, но там больше не было никаких движений.
— Вы что-то заметили? — спросил Бурбат.
— Да, вроде шевельнулся куст.
— Ну, это не в диковину. Сейчас самое время для грызунов и прочей живности. Пора им из нор выбираться. Весной начинается их обычная жизнь. А может, ветер там дунул. Такое тут тоже часто случается. Вроде полная тишина, и вдруг заколыхались ветки на кустах. А бывает и так, что у нас на сопках тихо, а метрах в тридцати песчаная буря или дождь.
Шагаев опустил бинокль посмотрел на Бурбата.
— Особенности климата, говоришь, сержант? Зверьки полевые?
— Так точно. Может, и змея.
— Ладно. А скажи мне, ты тревогу не чувствуешь?
Бурбат улыбнулся и ответил:
— Я чувствую голод, жду, когда с заставы принесут завтрак.
— Ясно, — сказал старший лейтенант, еще раз осмотрел сопки, местность за ними. — Ничего! Ну и хорошо. Я на заставу.
— Вы там поторопите наших с завтраком, товарищ старший лейтенант.
— Да, я им напомню.
Шагаев вышел из окопа на склон, спустился с высоты, прошел к заставе. Личный состав под командованием начальника отжимался.
— Раз-два, раз-два! Олан, живее! Что ты как дряхлый старик!
— Устал.
— Через усталость!
Шагаева встретил заместитель начальника заставы Торхан Бержингин.
— Ты ходил на сопки, Алтан? — осведомился он.
— Да.
— Ну и что там?
— Ничего. Вроде все спокойно.
