Диверсионный отряд под командой майора Райдона Куроки вышел в ночной поход. Температура воздуха неуклонно снижалась, днем и ночью оставаясь под восьмидесяти градусами. Солдаты носили специальные комбинезоны для минимизации тепловых потерь на свежем воздухе. Впереди лежал нелегкий поход к пограничным силам монголов, угрожающим окружить отряд....
А главное, подготовка не та, что у советских пограничников.
— Это, конечно, не сравнить. Я бы мог тебе кое-что интересное сказать, но не по телефону. Наши связисты часто фиксируют несанкционированные подключения к проводам. Просто знай, что в ближайшее время здесь станет полегче в плане обеспечения.
— Хоть надежду подали!
— Эх, Алтан, одной надеждой не повоюешь.
— Это да. Не буду отрывать вас от дел, рад был слышать. До свидания, Андрей Андреевич.
— Давай, старший лейтенант, держись. Ты опытный, мужественный офицер, сам знаешь, как надо отвечать на провокации.
— До связи и встречи, Андрей Андреевич.
Смирнов отключился.
Шагаев передал трубку связисту и сказал:
— Спасибо, сержант.
Начальник заставы оторвался от писанины, поднял голову и спросил:
— Я правильно понял? Ты знаешь офицера из штаба главного военного советника, да?
— Да, Амгалон. Служили вместе в Средней Азии. Он был начальником отряда, я — заставы в нем.
— Тогда он, может, что-нибудь сделает.
— Подполковник Смирнов приложит все усилия, но общая обстановка очень сложная.
— Да, японцы сильнее нас. Но они слабее Красной армии.
— Это покажет время, — сказал Шагаев, присел рядом с начальником заставы, достал помятую пачку «Беломорканала», одну из последних, привезенных из Союза.
Но это ничего. У него была еще и махорка, а газет для самокруток на заставе хватало. Он прикурил папиросу.
Гандориг поморщился. Он не курил, но не запрещал делать это советнику.
Начальник заставы между тем закончил писать рапорт, поставил подпись, сложил вдвое, положил в конверт, заклеил его, поставил печать, взглянул на связиста и спросил:
— Старший лейтенант Бержингин где у нас сейчас?
— С ранеными.
— Черт, надо было узнать у Гэлдэра.
— Что мешает сделать это сейчас? — спросил Шагаев.
— Ты не знаешь начальника отряда? Начнет кричать, мол, тебе больше заняться нечем!
— Погребение павших воинов — это не занятие?
— Ну, к родственникам, понятное дело, в нынешних условиях тела не отправить, хотя и надо бы.
— Слушаюсь, товарищ капитан! — Сержант выскочил из штабной палатки и вскоре вернулся туда вместе с двумя солдатами.
Начальник заставы передал им пакет и приказал:
— Возьмите коней и доставьте пакет в штаб отряда!
Застава имела четырех лошадей, за содержание которых отвечал старшина.
