В середину Листопада, когда кусты начинают опускаться под первый снег, отряд из сотни бека Шамата преодолел за неделю путь почти до ста двадцати верст к своему горному селению Кумерге. Но стремительное изменение погоды — пронзительные дожди на второй день пути — замедлило их поход, делая каждый шаг утомительно трудным....
Хамир спросил:
– Ты уже привел к баю наложницу?
Сейчас посторонних мыслей в голове слуги не было:
– А чего ты так интересуешься этим сегодня?
– Потому что, когда будет занят бай, мы с Беганом можем поспать по очереди. Чего двоим тут торчать?
– А… Это так, ну тогда можете делить время. У бая сейчас Зоя. Тину Байзар решил не вызывать.
– Покойного сна тебе, Самир.
– А вам – тихой службы.
– Да чего тут может случиться?
– Кто знает, кто знает, – уходя, проговорил слуга.
Его крохотный дом, частью построенный в пещере, был рядом, саженях в десяти.
Нукеры не разошлись на отдых. Через какое-то время Хамир осторожно приоткрыл дверь, прошел к мужской половине дома, встал у двери в комнату, где бай развлекался с наложницей. Услышал тихие стоны и прерывистое дыхание.
Вернулся. Беган спросил:
– Ну что?
– В ауле спокойно?
– Никого не видать.
– Ну тогда не будем терять времени. Бай уже с наложницей. Я режу его, а ты рубишь наложницу.
– Пошли!
Бай Базар терзал миниатюрное тело наложницы. Ей, похоже, нездоровилось, и она не проявляла былой страсти, что, в конце концов, взбесило Байзара. Он ударил наложницу по щеке:
– Я для чего позвал тебя? Чтобы ты еле шевелилась?
– Прости, господин, я постараюсь быть прежней.
– Да уж постарайся, иначе я придушу тебя. А ну повернись. И двигайся, двигайся.
Бай навалился на девушку.
В это время открылась дверь и в комнату вошли нукеры.
Байзар выкрикнул:
– Какого шайтана?
Хамир ответил, по возможности, спокойно:
– Кончилась твоя власть, бай.
– Что?
Он вскочил с ложа, и тут же клинок нукера пробил его сердце. Бай, хрипя, завалился на бок, задергался в предсмертных судорогах.
Наложница вскочила и закуталась в простыню, испуганно глядя на нукеров широко раскрытыми от ужаса глазами.
Хамир подошел к ней, бросил нож:
– Возьми его!
– Зачем?
– Почувствуешь силу. Она пригодится тебе, когда пойдешь в степь.
– Вы отпускаете меня?
– Конечно.
– А Тину?
– И Тину.
– Я могу одеться?
– Да.
Наложница прямо при мужчинах надела штаны, взялась за платье.
Хамир кивнул Бегану.
Тот выхватил саблю и одним ударом рассек тело молодой женщины. Она умерла мгновенно, так и не поняв, что произошло. Окровавленный нож лежал рядом с ней.
– Уходим, поднимаем шум, – приказал Хамир.
– Хоп.
Нукеры вышли из дома и закричали:
– Люди, вставайте, беда!
В сторожевой башне довольно ухмыльнулся Каир и пошел к подземному ходу.
