В середину Листопада, когда кусты начинают опускаться под первый снег, отряд из сотни бека Шамата преодолел за неделю путь почти до ста двадцати верст к своему горному селению Кумерге. Но стремительное изменение погоды — пронзительные дожди на второй день пути — замедлило их поход, делая каждый шаг утомительно трудным....
И поход оплатишь ты, а это еще пятьдесят тысяч дирхемов. Половину за то, что сделано, ты должен заплатить в ближайшее время, остальное – позже. Клянусь, я привезу тебе головы вождя племени и глав родов. А также заставлю их вытащить тела Ильдуана и Джабу.
Тархан посмотрел на бека:
– Я не буду ничего оплачивать. Ты уже получил деньги за поход.
– Так? Хоп. Самовольство Ильдуана вы с шадом тщательно скрывали. Каган не знает об этом. Не заплатишь, он узнает все!
– Но тогда несдобровать и твоему племени?
– А что племя? Оно в ауле, к которому ведет одна горная дорога.
Тархан тихо проговорил:
– Я заплачу. Но…
Шамат прервал его:
– Сначала деньги за погибших воинов, потом все твои «но»… Я буду до утра третьего дня ждать твоих людей с деньгами. Пятьдесят тысяч дирхемов. Весенний поход обсудим, как закончится зима. Это все!
Гальбар, осознав, в какую ловушку он попал, резко поднялся и вышел из шатра, не прощаясь, за ним последовал новоиспеченный болышчи.
Тархан выполнил все требования вождя бележей, и тот уже зимой начал готовить войско для нового похода к крепости Вольное.
Глава четвертая
Миновала зима. В племени варузов отгуляли праздники. Поначалу Коляду или Рождение Солнца, означавшее начало зимы, Комоедицу (Масленицу) – проводы зимы, Велик день, или Красную горку, – начало весны.
Праздновали всем городищем Вольное. Особо весело гуляли на Коляду. Перед Колядой отпраздновали праздник Карачун, день, завершавший год.
