В середину Листопада, когда кусты начинают опускаться под первый снег, отряд из сотни бека Шамата преодолел за неделю путь почти до ста двадцати верст к своему горному селению Кумерге. Но стремительное изменение погоды — пронзительные дожди на второй день пути — замедлило их поход, делая каждый шаг утомительно трудным....
Охотиться решили в северном лесу, там было много дубов.
Охота на кабана штука непростая и опасная. В Травене месяце поросята весили уже около четверти пуда, имели темно-бурый окрас с серыми полосами. Самка приносила от четырех до шести поросят, в стаде главенствовал кабан, у него было две-три самки. Кабан, как любой глава семейства, защищал его. Он был очень опасен, хитер и осторожен. Охотники знали: кабан ловок и вынослив, быстро бегает, легко догоняет человека, он хорошо плавает, переходит через болото, умело прячется, без особого труда взбирается на крутые холмы и обрывы.
Вавула проверил лук, стрелы, надел онучи, в них легче, штаны и рубаху, чтобы не мешали быстро двигаться.
После обеденной трапезы Умной вышел к северным воротам городища.
До леса доехали верхом. На опушке спешились, привязали коней, чтобы не разбежались, пошли на елань, что была саженях в ста от кромки леса.
Вавула послюнявил палец, поднял его вверх:
– Ветерок на нас, значит, засаду делаем на этой стороне.
Прошлогодние желуди были раскиданы вокруг дубов. Но на них ступать нельзя – зверь почует. Вавула указал Ковалю на березу позади среднего дуба:
– Садись на это дерево, выбери удобное место, оттуда и будешь стрелять, а я на соседнюю березу залезу.
Он обернулся к Белоусу:
– Ты, Гриня, полезай в кусты, но так, чтобы мигом мог забраться на ближнее дерево.
Белоус спросил:
– А если выйдет стадо с одним кабаном?
– Тогда этого одного и бьем.
– Стадо потом не погибнет?
– Нет, место убитого самца займет другой. Таких одиночек, что не обзавелись стадом, по лесу немало бродит. Они же за самок настоящую свару устраивают. Кто победит, того и самка, проигравший уходит в поисках другой доли.
– Понятно.
