В 914 году битва на Итиле разрушила мир между хазарами и русами. Русский воевода Свенельд и его брат Годред отправляются в поход, чтобы отомстить за погибших и завоевать сердце красавицы Ульвхильд. Но на их пути встанет молодой хазарский полководец Ярдар, готовый защищать свой народ любой...
Раздел Chitat.online для книги «Хазарский меч» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В 914 году битва на Итиле разрушила мир между хазарами и русами. Русский воевода Свенельд и его брат Годред отправляются в поход, чтобы отомстить за погибших и завоевать сердце красавицы Ульвхильд. Но на их пути встанет молодой хазарский полководец Ярдар, готовый защищать свой народ любой...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В 914 году битва на Итиле разрушила мир между хазарами и русами. Русский воевода Свенельд и его брат Годред отправляются в поход, чтобы отомстить за погибших и завоевать сердце красавицы Ульвхильд. Но на их пути встанет молодой хазарский полководец Ярдар, готовый защищать свой народ любой...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Обернувшись, Мирава увидела Вербину. Тоже осунувшаяся, та смотрела на нее вытаращенными глазами – и с жалостью.
– Ты откуда взялась? Неужели не знала, что здесь…
Только на самом дне души что-то легонько звякнуло от радости, что Вербина жива.
– Я знала. Отроки прибежали.
– Так зачем же ты пришла? – Вербина всплеснула руками.
– Здесь же Ольрад. Где он? Ты видела?
– Ольрад… – Вербина задумалась. – Нет… не видела. Заведушку убили…
Но это почти прошло мимо сознания Миравы. Думать о ком-то другом, пусть даже это были хорошо знакомые добрые люди, она сейчас не могла.
– Они чуть не всех перебили, – продолжала Вербина, с трудом взяв себя в руки. Голос у нее сел. – Рубили, рубили… Весимку почти в начале убили. Вчера только она с нами пряла, а теперь вон лежит. Стрелы метала, будто она отрок какой. Не зря ей мать говорила – доиграешься… Видно, не помогло наше полотно, – вздохнула Вербина. – Ты-то отвезла его куда надо?
– Некуда оказалось отсылать наши беды, – Мирава вспомнила зимнее болото и удивленного Тетерку. – Рухнула старая верба.
– Ох, видно, и свету белому не стоять больше…
– Это потому что Хастен вчера их воеводу застрелил, – вставила Годома. – А брат его остался. Он велел всех порубить. А потом как Хастена живым взяли – велел перестать. Так мы и остались… кто сумел.
– А мужчины? Неужели они все…
– Вроде раненых кого-то взяли. Они там… – Вербина показала на две крайние избы возле вала. – У Овчана и Братилы, туда согнали. У Овчана бабы сидят, у Братилы мужики.
Мирава повернулась и пошла.
Двери в избы Овчана и Братилы были закрыты, перед ними сидели несколько вооруженных русов. Один из них, увидев Мираву, спросил что-то, но она не поняла – это был заморянец. Он толкнул локтем другого.
– Тебе чего? – спокойно спросил тот.
– Я ищу моего мужа. Я не знаю, жив ли он. Здесь есть мужчины?
– Есть, – молодой круглолицый рус окинул ее взглядом, недоверчиво скривив рот. Тесно сидящая на голове шапка из бурой валяной шести придавала ему вид молоденького гриба-боровика.
– Пропусти меня, мне нужно его найти. Если он ранен, нужно же ему помочь."
"Рус явно удивился ее появлению и сам не решился пропустить, а послал заморянца за кем-то еще. Пришел другой рус, говорящий по-славянски. Мирава терпеливо ждала, пока они все обсудят между собой. Тем временем подошел еще один рус, за ним еще несколько, и все уставились на Мираву. Второй подошедший явно был сердит, показывал то на нее, то на Овчанову избу, и что-то выговаривал «грибку».
– Какой тролль она ходит, когда должно сидеть в тот изба, где все? – перевел кто-то из вновь подошедших варяжскую речь. – Она уйти совсем как хочет, а ты хлопать варежка?
– А я что – у тех спрашивай, что баб сторожат!
Привели еще одного руса. Тот воззрился на Мираву в изумлении.
