Внутри двери, сквозь тусклый свет коридора, Витислава ощущала напряжение и неопределенность будущего. Шелковое шитье на ларю блестело странной сладкой обещанием. Вокруг стояли лица смешанных народов – хазар, русских и даже бородатых северян – все готовы к чему-то важному, что может перекосить мир в новый тренд....
Неподвижный взгляд Годо, его кровь, которую он пытался стереть с лица брата, и она застывала у него на грязных пальцах. Стрела, торчащая у него из бока. Хирдманы стояли вокруг них молчаливой плотной толпой, но он никого не видел. Он не мог… ничего. Ни сказать что-то, ни закричать. Ему стоил труда каждый вдох.
И только сейчас, после ночи, что-то внутри сдвинулось. Закрытые глаза обожгло влажным жаром, а грудь пронзила такая боль, что Свен пожалел о недавней бесчувственности."
"Но плакать он не умел. Он даже не знал, что слезы, если дать им волю, облегчили бы его боль.
С трудом – все кости и мышцы застыли за ночь – Свен разогнулся, стаскивая с головы медвежью шкуру. Кто-то рядом с ним зашевелился, потревоженный его движением. Боль не проходила, она прояснялась. Это была боль лютого одиночества в мире, непривычная и острая, невыносимая.
Сколько раз это могло с ними случиться – за Хазарским морем, в сражениях на Итиле, в стычках с буртасами и чермису. И вот случилось здесь – в гнезде хазарских русов, куда Годо привел обет мести…
Было еще темно, но чувствовалось, что это почти утро. На лугу горело множество костров, шевелились темные фигуры дозорных и сторожей при огне.
Свен сглотнул и потер горло.
– Сосновое пиво, – Былемир, сидевший у костра, кивнул на дымящийся котел.
«Сосновым пивом» они называли отвар сосновой хвои, который делают в походе – и греет, и придает сил, и уберегает от хворей.
– Будешь?
Свен с усилием кивнул. Былим взял одну из расставленных у костра кружек и зачерпнул из котла. Свен взял мокрую теплую кружку, поднес к лицу, вдохнул знакомый смолистый пар. Отпил. Горячий отвар пролился в горло, лед в груди слегка подтаял.
К нему подошел Тьяльвар. Молча положил руку на плечо. Свен слегка оглянулся на него.
– Как ты?
Свен не знал, что ответить. Кажется, еще дышу. Хотя и странно.
– Что делаем? – чуть погодя спросил Тьяльвар.
Свен хотел ответить. Он знал ответ. Но не мог его вымолвить – казалось совершенно бессмысленным делать что-то без Годо.
