Внутри двери, сквозь тусклый свет коридора, Витислава ощущала напряжение и неопределенность будущего. Шелковое шитье на ларю блестело странной сладкой обещанием. Вокруг стояли лица смешанных народов – хазар, русских и даже бородатых северян – все готовы к чему-то важному, что может перекосить мир в новый тренд....
Но это дело делать надо все равно. Это – месть. Уже не за Грима – за Годо.
– Что… что мы делаем? – хрипло выдавил Свен из горла.
Собственный голос показался чужим и деревянным.
– Рассветет скоро… Мы пойдем и убьем. – Он обернулся в сторону города. – Всех.
– Всех до единого? – уточнил Халльтор.
– Кроме того пса. – При мысли о Хастене, который и выпустил ту стрелу, у Свена опять перехватило горло, но он сглотнул, кашлянул и договорил: – Он мне нужен живым. Всем скажите – кто его возьмет живым, тому гривну в две марки серебра.
Годо обещал этого пса в жертву Одину. Исполнить последнее обещание брата казалось Свену так важно, как будто от этого зависело место Годо в Валгалле.
Глава 7
Когда стемнело, несколько отроков, обвязавшись веревками, спустились с вала к плетню, чтобы вытащить трупы, лежавшие с его внутренней стороны. Русы оставили дозор довольно близко, но в темноте они этого не видели, да и плетень прикрывал от стрел. Благодаря плетню все тархановские убитые остались на своей стороне.
Пока женщины оплакивали убитых, мужчины собрались в избе Ярдара.
– Ну что, хорошо! – говорил Хастен, сразу, как русы откатились от вала, унося на щите своего вожака. – Этот у них главный был! Это старший брат, самый лютый! Арсиев голыми руками рвал! Теперь нави его самого порвут!
Удачный выстрел Хастена, оставивший русов без вожака, который, казалось, вот-вот ворвется в город, подбодрил тархановцев.
– Если б они вовсе без головы остались, – отвечал он на это, – а то ведь там второй брат есть…
«И он захочет отомстить!» – мысленно добавлял Ярдар.
– У нас и на второго брата стрела найдется! – заверял Хастен. – Не робей, удальцы! Или мы не Хазар-Тархана дети? Выстоим! Сто лет стояли здесь и еще тысячу простоим!
Люди слушали его, и хмурые, тревожные лица немного прояснялись. В последние дни Хастен приобрел больше прежнего уважения и заметно потеснил Ярдара: сказались его чудесное возвращение из Нави, а потом удачный выстрел – словно сам Перун направил его стрелу.
