Жанр
Мицентами Крымского полуострова, эта часть холмики остается почти незагаженной природой. Я тут уже третий день и все еще улыбаюсь ее виду со своей яхты, медленно дрейфуя без ветра. Как капитан дальнего плавания с бермудским шлюпом — всего около пяти метров, без двигателя внутреннего сгорания и других современных удобств — я могу насладиться этим тихим уголком....
Но первым делом он спросил, хотя было видно, что нисколько не сомневается:
— Это ты Тавра поймал?
Я уже заметил, что слух обо мне разлетелся по всей округе, а так как внешне сильно отличаюсь от местных, меня сразу идентифицируют.
— Не ловил я его. Это он на меня напал, — ответил я.
— Какая разница! — произнес он и громко позвал: — Елена, иди посмотри! Это он Тавра поймал!
На террасу вышла темноволосая и смуглокожая, беременная женщина лет сорока и явно не прекрасная, с неглупым и твердым лицом. Такие вертят мужем, как хотят, но на людях показывают полную покорность.
Я уже обратил внимание, что здесь непривычно много беременных женщин, причем некоторые сами еще дети, лет двенадцать-тринадцать. Вот где истоки педофилии! Беременных здесь больше, чем в первый год после того, как Путин приказал платить материнский капитал за второго ребенка. Видимо, женщины шестого века считают, что дети и есть самый ценный материнский капитал.
Я объяснил Келогосту, что хотел бы поселиться в комнате, которая бы надежно запиралась изнутри и снаружи, и где я мог бы держать пса.
— Да можешь собаку держать в любой комнате, дело твое, — сказал дрегович. — Только чтобы она ночью не бегала по двору, а то мои порвут.
Действительно, три крупные собаки, не меньше Гарри, запертые в деревянной клетке, рвались пообщаться с ним.
— Насчет воровства не беспокойся, я сам приглядываю, и сторож есть, — показал он на вооруженного мечом и коротким копьем хромого мужика, видимо, бывшего солдата. — Я на том и зарабатываю, что сам не ворую и другим не даю. Купцы — народ недоверчивый, если раз подведешь, больше не поселятся у тебя.
— Многих это не останавливает — сказал я.
— Люди разные бывают, — согласился он. — Хочешь, наверху можешь жить, там сейчас три комнаты свободны, утром ушел обоз, а хочешь, возьми складскую комнату с висячим замком, только она подороже будет.
Он подвел меня к двери на железных петлях и закрытой на тяжелый, амбарный замок. За дверью находилась большая комната с двумя топчанами у боковых стен, застеленных соломой и накрытых серым полотном, и столом и лавкой у задней стены. Изнутри закрывалась на толстый засов."
"— Ее обычно снимают купцы для ценного товара и доверенных людей, — объяснил дрегович.
