Автор
В темном переулке вспыхнул белый огонь, словно риторический вопрос на фоне мертвящей тишины. Снайпер бесстыдно сбрасывал драгоценные секунды из золотого дня, его шептанье становилось отчаянным и беззубым в ушах бойца. Сергею казалось, что он стоит на краю вечности, в этом тишине и белых пожарах. Он не мог прервать это неумолкаемое грохотание оружия, словно сердце призрака, которое вырывается из-под земли....
Но если вы прослушиваете мой телефон, то наверняка имеете возможность утыкать палату Анжелы, мой кабинет, ординаторскую, процедурную и все что хотите «жучками», или как теперь это называется? Зачем вам мое согласие?
– Действительно, зачем? Но кто же вам сказал, Юлия Николаевна, что я хочу получать от вас информацию?
– Вы, Михаил Евгеньевич.
– Нет, Юлия Николаевна. Пожалуйста, вспомните наш разговор с самого начала. Ничего подобного я не говорил. Вы сами все произнесли за меня. Вы почему-то решили, что лучше знаете.
Юле стало неловко. Он был прав. Она отказала, даже не выслушав его просьбы.
– Ну хорошо, Михаил Евгеньевич. Извините меня. Я вас внимательно слушаю. – Она села на стул и закурила.
– Юлия Николаевна, я так же, как и вы, считаю, что каждый должен заниматься своим делом. Я ловлю террористов, вы оперируете. Просьба моя состоит в том, чтобы вы посмотрели одного больного. Это вы можете сделать?
– Разумеется, могу, – Юля нервно усмехнулась, – привозите его ко мне на прием хотя бы завтра, в первой половине дня.
– Невозможно, – он помотал головой, – нам придется отвезти вас к нему. Это довольно далеко, на границе Московской области. Ехать надо прямо завтра, с утра. В восемь за вами приедет машина.
– Да вы что?! – Юля повысила голос и опять встала. – У меня завтра прием.
– Не волнуйтесь. Я уже договорился с вашим руководством. Вас отпускают на некоторое время, не в счет отпуска, эти дни будут засчитаны вам как полноценные рабочие. Кроме того, от нас вы получите гонорар в зависимости от объема работы.
– Что значит – на некоторое время?! А с ребенком моим вы тоже договорились?
– Нет, – невозмутимо улыбнулся Райский, – с Шурой мы пока не договаривались, но об этой проблеме подумали заранее. С вашей дочерью может остаться наша сотрудница, абсолютно надежный человек. Ручаюсь головой. Ребенок будет вовремя доставлен на машине в школу и из школы, накормлен, уложен спать.
– Вы с ума сошли? – спросила Юля, внимательно и с интересом разглядывая лицо Райского. Лицо это, холеное, узкое, с высоким умным лбом, тонкими губами и широким крупным носом, было вполне приятным и обычным, и не читалось на нем ни смущения, ни сомнения.
– Поскольку ваша мама сейчас находится в США, гостит у вашей старшей сестры, а с бывшим мужем у вас отношения, мягко говоря, сложные, вам практически не с кем оставить ребенка, – произнес он тихо и рассудительно, – вы объясните Шуре, что вам надо срочно уехать в командировку и с ней поживет ваша подруга.
