Автор
В зеркальном отражении кабинета хозяина мерцала его изображение в зеркале. Прохладное освещение создавало неяркий контраст между бледностью и темными пятнами на белой рубашке, усиливая образ человека, поджидавшего своего жертвы. Ощущение дрожащей атмосферы вокруг наполняло кабинет опасным спокойствием — именно это место будет свидетелем кровавого плана мести....
Я смотрела на фотографию и чувствовала, что Алексей хочет что-то сказать мне, что-то такое, чего не сказал бы при жизни.
Именно тогда я поняла, что в словах мамы есть правда — он застрелился не просто так. Уголовное дело о крупной сумме взятки выглядело довольно глупо — уж кто-кто, а я-то знала, что Алексей Вершинин честь мундира ставил во главу угла и ни за что не замарал бы ее деньгами.
Внук боевого генерала, сын полковника милиции — он так всем этим гордился, что никогда не посмел бы очернить память деда и поставить в неловкое положение отца.
Эти воспоминания заставили меня снова открыть глаза и сесть. Как жаль, что ноутбук сейчас не у меня…
В таком настроении мне всегда хорошо работалось — когда я видела цель и горела желанием как можно скорее выложить все на бумагу. Надо дотерпеть до утра, забрать ноутбук и документы и продолжить, пока не перегорело.
Аделина
Я, конечно, заметила, что Казакова перед операцией остригла волосы и перекрасила в каштановый цвет, но ничего не сказала.
Я включила компьютер и набрала в поисковике имя «Станислава Казакова».
Но не отказываться же от операции, которая уже через час. Да и на основании чего? Это не мое дело.
