Красивый и опасный начальник Ник Н'Ери нуждается в подставной невесте для семьи. Его выбор падает на собственную сотрудницу, которая соглашается, надеясь на взаимную помощь. Но притворство становится ловушкой, когда между ними вспыхивает настоящее чувство, способное изменить их обоих.
Ты слышала о том, что во время опасных дней у женщин меняется запах?
— Д-да.
— Так вот, — медленно, четко, по слогам произнес Ник, не сводя с меня тяжелого взгляда. — В эти дни я не смогу его контролировать. Не смогу сдержать и его, и себя. Не помогут корень, таблетки и презервативы.
То есть ничего. Совсем! Одно радовало, опасные дни уже прошли. Сомневаюсь, что хищники настолько всесильны, что могут заделать ребенка вопреки естественным процессам, идущим в организме. Я очень на это надеялась. Но проверять не хотелось.
— Я сбегу. Уеду. Спрячусь, — выдавила через силу, вжимаясь спиной в стену, дрожа от страха и… предвкушения?
Хищный оскал, от которого сердце ухнуло вниз.
— Игра… Мы любим игры, Тор-р-р-ри. Мы найдем тебя. Из-под земли достанем. Но найдем. Ты же помнишь свой сон, ты знаешь, что будет. — С его губ срывалось самое настоящее рычание: вибрирующее, проникающее под кожу, туманящее рассудок."
"— Господи, — простонала едва слышно, прижимая руку ко рту. — Ник, как же… Надо собрать побольше информации, спросить в резервации. Это ведь должно как-то лечиться.
— Понимаешь, в чем дело, Виктория. До этого момента никто из двуликих даже не думал о том, чтобы пойти против воли зверя. За исключением моего отца, но там другая история. Шаери — это дар. Хищники спешат им воспользоваться и наплодить десяток идеальных детей.
— Десяток?
Что-то мне поплохело. Даже голова закружилась от столь радужных перспектив. Я себя мамой одного не видела. Только не я. У меня карьера, работа, а дети — это к Дашке.
— Правда, есть один вариант, — нехотя произнес Ник, и я сразу поняла: он мне точно не понравится.
— Какой?
— Надо попробовать усмирить жажду, надо…
Господи! Это то, о чем я подумала?
— Нет! Не смей это произносить! Не смей!
— Ты же чувствуешь, что защита больше не действует. Ты чувствуешь это желание, Тор-р-ри. Оно вспыхивает в крови в виде крохотных искорок, едва заметных. Но они искрят на коже, вызывают дрожь, сбивают дыхание. И ты знаешь, что будет дальше. Знаешь, как они превратятся в огонь, пламя, против которого не устоять.
— Прекрати.
Как хотелось кричать, но с губ сорвался лишь жалобный стон.
— Дальше будет только хуже. Ты же понимаешь.
— Я тебе не верю.
Отступил. Даже отшатнулся, пряча взгляд золотистых глаз, показывая печать на шее. Темную, не светящуюся. Но когда это его останавливало?
— Твое право. Заставлять не буду. Только не беги, Виктория. Не беги, потому что все равно найду.
