Тревожно вздыхая, девушка вынимает из-под пыльной ветровки ключи и носовой платок, готовясь к очередному трудовому дню, где каждое движение подвергается гневным упрекам отца. В сумочке: зеркальце для макияжа, повязка для волос, лишь паспорт остается неизвестен, а в кармане - смартфон, на котором ждет рабочий чат....
– Нет, но мне нужно в город.
– Валера, убери ее, ворота открывают, хозяин приехал.
Дальше суета, я лишь вижу, как несколько машин въезжают на участок, как останавливаются у центрального крыльца, у меня начинается самая настоящая истерика.
Пришла в себя, лишь когда в лицо плеснули холодной водой и ударили по щекам.
– Эй, эй, ты как, нормально? Смотри на меня.
– Не надо… нет.
– Смотри в глаза, что случилось?
– Домой, мне надо домой.
Не могу сфокусировать взгляд, но это мужчина, снова на лицо льют воду, я лежу, а когда картинка становится четкой, вижу Равиля Тимуровича, его шрам на губах и внимательный взгляд.
– Зачем домой?
Сажусь, снова кружится голова, и натыкаюсь на взгляд другого мужчины.
Хасанов сидит в кресле, мы все трое в незнакомом для меня помещении, наверное, комната отдыха охраны. Мужчина сидит, закинув ногу на ногу, чуть склонив голову, губы поджаты, он глубоко дышит, раздувая ноздри, чем-то недоволен.
– Рав, выйди.
– Хасан, вот не время ее трахать.
– Выйди.
Не глядя на своего помощника, а только мне в глаза. Что вообще он тут делает? Там невеста, надо кружить около нее, а хозяин лично спустился на дно, чтоб поговорить с прислугой?
– Хасан, ну правда, давай узнаем, что с ней случилось, и пусть идет драить унитазы."
"Мне показалось, или Равиль все это говорил специально?
– Эй, ты как? Еще водички?
Мужчина тянет ко мне руку, но его останавливает грозный окрик.
– Рав, сука, ты слов не понимаешь? Вышел отсюда.
Шаги, хлопок двери, вздрагиваю.
Я снова наедине со зверем, но уже при свете дня.
Глава 26
До рези в глазах вглядываюсь в оконный проем, слез уже нет, да и от сердца как-то отлегло. Темно, тихо, я снова в доме Хасанова, в своей комнате, постоянно прокручиваю в голове событие прошедшего дня.
Мы остались в кабинете Равиля Тимуровича вдвоем, Мурат был серьезен, смотрел в глаза, но никакого сексуального подтекста, зря Равиль так пошло шутил, словно дразнил дикого зверя.
– Что случилось?
– Мой отец, он в городе, он болен, зависим от алкоголя и игроман, проиграл очень много, взял кредит, я хотела…
– Продать себя и заработать?
Прикусила губу, я помню его слова, пусть будет так, продалась задешево, но это не его дело.
