В отдаленном острове царит мрачное тихое безмолвие. Диана пытается выжить после неожиданного прерывания ее жизни, когда воздух вокруг становится ядом, и ее дыхание становится последним прибежищем в этот зловещий мир.
– Почему? – удивилась она.
– По острову уже пошли сплетни о вас с советником, – признался Салар, делая перевязку.
На что Диана небрежно хмыкнула:
– Кого волнуют эти дурацкие сплетни?
– Я бы на вашем месте не был столь легкомысленным. Речь идет о вашей репутации. Пусть мы изгои и отщепенцы, но на острове тоже есть правила. Проживание в одном доме незамужней девушки и холостого мужчины не одобряется даже у нас.
– Хотите сказать, что мне нужно уйти из этого дома? – напряглась Диана.
Они с Доком говорили наедине, Ормонда в тот момент не было рядом.
– Ради вашего блага, – кивнул Салар с самым серьезным видом.
– А если не уйду?
– Тогда вас будут считать падшей женщиной, и никто никогда не захочет жениться на вас.
– И это вся проблема? – не сдержавшись, она расхохоталась, но тут же заохала от боли в груди. – Ох, не смешите меня так больше, пожалуйста. Мне плевать, что думают ваши недалекие сплетники. Тем более, что я ни за кого из них не собираюсь замуж! Меня волнует только мнение Ормонда. Если он согласен, чтобы я осталась, то я остаюсь!
Диана заметила удивленный взгляд, который кинул на нее Док, когда она назвала ле Блесса просто по имени.
В тот день Ормонд, сев у ее кровати и нежно сжав руку, просто сказал:
– Мой дом – это ваш дом, Диана. Вы можете оставаться здесь столько, сколько захотите.
– Тогда вам стоит сделать вторую кровать, – подмигнула она. – Я знаю, что все это время вы спали в кухне на лавке. Думаю, ваша спина уже плачет.
Так в единственной комнате появилась вторая кровать, которую Ормонд поставил поближе к выходу. И небольшая ширма, разделявшая “женскую” и “мужскую” половины.
Но несмотря на тесноту, здесь Диане было уютнее, чем на чердаке с Тришкой или в комнате, которую ей как управляющей выделила госпожа Пьес.
Немного посидев и отдохнув, Диана вернулась к работе. Достала муку, насыпала немного в глиняную миску. Подумала – и еще насыпала. Добавила щепоть соли и перца.
– Если мало, лучше потом досолить, – здраво рассудила она.
В печи с утра горел огонь.
