В старых графских замках, заброшенных и исчезающих, звучат странные голоса — мужской и женский, незнакомые и напуганные. Хозяйка этих развалин решительно отказывается выходить замуж, но её неуправляемый характер привлекает посторонних членов партии, готовых придумать свадьбу любыми средствами....
Господыня его реплику пропускает мимо ушей. То ли она считает ниже своего достоинства вступать в диалог с пленником, то ли запреты императора её не беспокоят. Скорее всего, и то, и другое.
Как я успела понять, демоны персонажи из страшилок. Вряд ли они подчиняются имперским законам. Хотя… а с чего я вообще решила, что господыня демоница?! Я соотнесла легенду и появление незваных гостей. Да, роль сыграла их странная броня — пойди, отличи, у него родной клюв из чешуи выглядывает или на голове искусный шлем. А если они… не демоны, а люди?
Я запуталась.
Впрочем, сейчас мне не до чужой генеалогии.
Запрет на свободную перепродажу — это серьёзно. Почему я уверена, что у Гарета своих слёз солнца нет? Потому что он бы давно использовал их, чтобы оплатить лечение Гебби.
Хм…
Ввязываться в афёры без малейшего понимания правил игры глупейшая затея. Мне сходу приходит на ум, что можно подарить слёзы солнца и получить встречный ценный подарок, что что можно дать попользоваться слезами, формально не передавая их в собственность.
Нашла кому противоречить — императору!"
"Но… император далеко в столице, а господыня вот она, напротив. И отряд стражи с алебардами в десятке шагов от нас, так что приоритеты смещаются в сторону холодного оружия.
— Уверена, найти какое-то решение можно. Господыня Оти, я хочу прояснить один важный момент. Почему о слезах солнца вы заговорили со мной, а не с любой из тысяч и тысяч женщин империи?
— Хм?
— Не знать историю рода… Как грустно. Надеюсь, вы всё же сможете вспомнить свои корни.
— Гарет? — оборачиваюсь я.
— Я не понимаю, о чём говорит господыня Оти.
Зато я догадываюсь.
Цвет глаз намекает.
— Господыня Имили Оти, — исправляет помощница, а страж дёргает за верёвку не сильно, с ног не сбивает, но ощутимо.
Покачнувшись, Гарет стискивает зубы и дёргает плечом, пытаясь избавиться от пут как от обычной верёвки. Движение скорее бессознательное, чем реальная попытка освободиться.
— Господыня Оти, — перехватываю я, — боюсь, я не смогу понять ситуацию без пояснений с вашей стороны.
— Керан Оти, неужели имя предка и основателя линии, вам неизвестно?
Я оборачиваюсь на Гарета, и он отрицательно качает головой.
— Нет, господыня Оти.
— Какое разочарование.
— Основатель нашего рода носил имя Эрис.
Господыня резко оборачивается, но ничего не говорит, и страж, который было потянулся, чтобы снова дёрнуть верёвку, опускает руку.
— Удобно, — фыркает господыня Оти. — Эрис был сыном Керана.
