Я пришла в себя в неизвестном месте, окружённой странствующими драконами и разбитым домиком. Потолок с лепниной напоминал мне об обыденности больницы, но здесь всё было наоборот — жарко, удушливо и полным ветром чужих мыслей и требований.
Изменилось, пожалуй, только то, что сейчас я всего этого не видела: глаза у меня были закрыты, потому что меня целовал генерал Реннер. Да и лампу никто из нас зажечь не удосужился.
На некоторое время я совсем утонула в этой темноте и тишине, нарушаемой только тихими звуками дыхания и поцелуев. У него в руках было тепло, даже жарко. Не припомню, чтобы мне хоть раз до сих пор было так хорошо.
— Иви…
Руки генерала Реннера потянулись к ряду пуговиц, который перерезал платье от выреза до самого подола, и я вздрогнула.
— Я не… Я не могу.
— Все ты можешь.
Одна за одной пуговицы расстегивались, по коже бегали мурашки, потому что ощущать легкие дразнящие прикосновения через тонкую ткань нижней сорочки было слишком… Просто — слишком.
У меня мысли путались и колени подкашивались. Пожалуй, если бы генерал Реннер не прижимал меня к двери, я бы упала.
— Нет, ты не понял. Я… я правда не могу.
— Можешь. — Он поцеловал меня за ухом и потянул вниз платье, которое, полурасстегнутое, легко соскользнуло с плеч вниз. — И хочешь. Я чувствую твой запах. Ты пахнешь… Как же ты пахнешь.
Он втянул носом воздух и привлек меня к себе. Попятился, и спустя секунду я оказалась на кровати, придавленная к ней тяжелым и твердым мужским телом.
Мое собственное тело отреагировало на это совершенно бесстыжей дрожью и выгнулось, с губ сорвался тихий стон, который генерал Реннер тут же сцеловал.
Стоп.
Стоп-стоп!
— Я не…
— Ты да, — возразил он, сжимая мое бедро и лаская пальцами кожу.
Да чтоб тебя! Еще секунда — и я вообще забуду, что хотела сказать.
— Я должна тебе кое-что сказать, — выпалила я, пользуясь тем, что генерал Реннер увлекся моей шеей, так что рот оказался свободен."
"Губы горели. Вообще все горело. И сердце колотилось. И… хотелось нырнуть в его запах и в его руки с головой — вообще ни о чем не думая.
Генерал Реннер замер, а потом глубоко вздохнул. И еще раз.
— Говори.
— Нам лучше…
Встать, включить свет, мне не помешало бы одеться — с каких пор моя нижняя сорочка задрана к животу?!
— Давай сейчас говори, не будем отвлекаться.
Нет, ну это уже ни в какие ворота.
— Я ваша истинная, — выпалила я. — И…
— Скажи мне чего-то, чего я не знаю.
— И скрывала это… — Стоп, что?! — Что?
Генерал Реннер погладил меня по бедру и снова поцеловал.
— Иви, я же не идиот. Признаю, мне понадобилось преступно много времени, чтобы понять, но глазам-то своим я верю.
Я сглотнула.
