В далеком и загадочном месте юго-западной Ирана, где время выглядит совсем по-другому — глядишь и к 704 году до Р.Х., Макс Гончаров не понимает ни своих местонахождения, ни причин своего присутствия. Как будто бы его тело перенесло сюда в каком-то невиданном путешествии. Здесь он оказывается среди людей и событий, которые заставляют задуматься о смысле жизни и месте каждого из нас на свете....
Макс прошел ворота в кирпичной стене и увидел знакомую картину, состоящую из кривых улочек, домиков с плоскими крышами, стоящих вплотную, и крикливой восточной толпы, одетой в стандартные рубахи до колен, перевязанные поясом. Главная дорога шла к центральному храму Энлиля, верховного бога шумерского пантеона. Шумеры давным-давно забыли родной язык, живя под властью Вавилона и Ассирии. И только сами себя продолжали называть так же, как тогда — черноголовые. Ну и боги, конечно же, остались прежними. Ступенчатая пирамида из кирпича с идущей наверх пологой лестницей, была высотой метров пятьдесят.
Поднявшись по главной лестнице на самый верх, Макс увидел небольшой храм, перед которым стояли жрецы, собирающие пожертвования. Эну Хутран передал им небольшой мешочек с серебром, и они вошли в прохладную тень.
Жрец поклонился, и Макс последовал его примеру. Не хватало еще на местный уголовный кодекс нарваться.
— Великий Энлиль, прошу, даруй нам победу. Если ты это сделаешь, то я обещаю тебе в жертву тысячу быков.
И они покинули храм под внимательным взглядом бронзового бога. Выйдя на площадку, Макс увидел зрелище, от которого захватило дух.
— Ты чего встал? — пихнул его в спину жрец.
— Простите, тут так красиво, господин.
