В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг.
О такой методике я никогда не слышала, но сам факт, что ради дела темнейший добровольно подверг себя подобной пытке, вызывал одновременно ужас и… восхищение.
– Мне казалось, на ранних стадиях скверна не заразна, – пробормотал Вайши.
– Когда Вонг пыталась получить концентрат заразы, выяснила, что её флёр может растекаться на несколько метров как туман Мёртвой пустоши и цепляться к ауре целителей, заражая их, – пояснил Ортега, – такая форма скверны не смертельна, но может привести к полной потере Дара. Так что лучше не рисковать.
– А как истощение способно защитить от заражения?
– В отличие от обычной скверны, летучая цепляется именно к магическому фону, – ответил темнейший. – Так что те, в ком изначально нет магии, не могут заболеть. Но, увы, вылечить таким способом заражённых нереально, – добавил, заметив вспыхнувшие в моих глазах огни.
– Я правильно понимаю, вы хотите проверить слова леди Балтимер и взять у маркиза образец крови для исследования? – уточнил лис.
– Уже взял и смешал с необходимыми реактивами, – усмехнулся темнейший, – если Вонг не ошиблась в начальных расчётах и я правильно скорректировал их с учётом нашей ситуации, через шесть часов получим чистый экстракт заразы и сможем проверить мою методику в действии. А пока предлагаю сосредоточиться на разделении Искры и усовершенствовании Дара леди Алории.
От слов мессира по спине проскользнул холодок, а кожа покрылась мурашками. После разговора с Терезой я надеялась, что удастся обойтись без опасного ритуала и продолжить эксперименты Вонг по созданию противоядия. Но Суарес решил иначе…
Впрочем, я понимала его сомнения. Леди Балтимер сказала, что в крови Охотников и полукровок есть антидот, но мы понятия не имели, сработает ли он на обычных магах.
К тому же настораживала связь между скверной и противоядием. Я до сих пор не понимала, по какому принципу работает последнее. Если Тереза права, в крови Брана постоянно находились оба компонента и менялось лишь соотношение. Когда человек в маркизе был сильнее, противоядие ослабляло скверну, но вместе с ней и самого Брана. Он терял чудовищную силу, зато сохранял человеческий облик и мог поддерживать его малыми дозами хрустальной магии.
В теории, антидот можно использовать как оружие против чистокровных Охотников, а ещё лечить с его помощью полукровок, не желающих превращаться в монстров. Но спасение обычных магов таким способом оставалось под большим вопросом.
