В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг....
В каждой нотке чудовищного шёпота мерещились крики погибших фэйри. Голос повелителя Охотников словно был соткан из эха чужих смертей.
– Наконец ты моя… – тихий смех раздался совсем близко, оплетая нас могильным саваном.
Теперь я чётко слышала в нём пугающее, штормовое многоголосье. Оно шелестело и жужжало, будто встревоженный змеиный клубок или рой смертоносных пчёл.
Женские голоса… Высокие и нежные, чувственные, мелодичные и слишком тонкие. Они звучали разом, сливаясь с чарующей мужской хрипотцой, утробным драконьим рычанием и звонким детским смехом…
Я слышала КАЖДУЮ жертву твари.
– Моя королева, – голос повелителя скользнул по коже ледяными щупальцами, смыкаясь на горле и лишая возможности дышать.
Охотник чувствовал страх и мелодичный перезвон наших хрустальных крыльев. Он путеводной звездой указывал ему дорогу, подталкивая нас с Мари всё ближе к краю пропасти, но вырваться из ловушки не получалось.
Повелитель был слишком силён и пока лишь играл с нами. Наслаждался агонией и упивался беспомощностью жертв, с каждой секундой подбираясь всё ближе и затягивая в свою паутину.
Я словно в трансе смотрела, как вокруг чернильной дымкой растекаются гнилые туманы Пустоши. Ещё немного и ловушка захлопнется.
Нужно бежать, бороться, звать на помощь, но чужая магия парализовала, не позволяя даже пошевелить губами или… активировать кольцо?
Последняя мысль вспыхнула спасительным огоньком, только вместо перстня Тайши отчего-то вспомнилось колечко с эльезами.
Достаточно мысленного приказа…
Одно слово, одно желание и хрустальные лилии предстали перед глазами как наяву, а могильное эхо чужих голосов сменилось пронзительным криком.
Вспышка!
Чернильное марево утонуло в ослепительном белом сиянии. Священные цветы пробили пелену Тьмы, подарив нам шанс выбраться из смертельной ловушки!
Еле успела зажмуриться, но в последний миг всё же заметила напротив долговязую тень.
– Рца-а-а-а! – повелитель взвыл от боли, теряя контроль над своей паутиной.
Воспользовавшись его замешательством, я вслепую выстрелила из перстня, и когда артефакт с противным чавканьем вошёл в тело монстра, со всей силы ударила хрустальной магией."
"– Умри! – взвыла, вкладывая в магическую стрелу всю ненависть, боль и отчаяние.
