Автор
Три женщины в разные периоды жизни переживают разочарования и потери. Они учатся находить надежду в самых сложных ситуациях, понимая, что каждая утрата несет в себе семена нового обретения. История о том, как мудрость приходит с годами и помогает пережить невзгоды.
Раздел Chitat.online для книги «И шарик вернется…» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Три женщины в разные периоды жизни переживают разочарования и потери. Они учатся находить надежду в самых сложных ситуациях, понимая, что каждая утрата несет в себе семена нового обретения. История о том, как мудрость приходит с годами и помогает пережить невзгоды.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Три женщины в разные периоды жизни переживают разочарования и потери. Они учатся находить надежду в самых сложных ситуациях, понимая, что каждая утрата несет в себе семена нового обретения. История о том, как мудрость приходит с годами и помогает пережить невзгоды.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Шапка эта вязаная, до бровей натянутая, и пальто с облезшим каракулем — имидж, как говорила покойная Люсечка. Царствие ей небесное!
Белобрысая за рыбу расплачивается. Шура слышит, как торговка ей говорит:
– Совсем обнаглела, — и на Шуру кивает: — Ходит тут, целый день топчется. Деньжищ — полные карманы. На пару работают. Вон ее сынок придурочный, инвалид. В коляске у входа сидит. — Она подбородком кивнула на Петрушу. — Так что двойной доход у них. С виду ободранцы, а к вечеру она и рыбки купит, и помидорок бакинских, и творожку. А тут горбатишься от зари до зари! — Торговка вздохнула и с осуждением покачала головой.
– А ты позавидуй! — сказала та, что в болонье. — Позавидуй ее жизни. Ребенку ее здоровому позавидуй, промыслу ее легкому, деньгам шальным. А мы тебе сейчас все посочувствуем. Пожалеем тебя, бедную! — Она резко развернулась и пошла к выходу. Притихшие подружки подхватили сумки и поспешили за ней.
У выхода та, что в болонье, достала кошелек и положила в Петрушину торбу двадцать евро. Гуськом они вышли на улицу. Шура подошла к Петруше и достала из торбы деньги — от греха подальше, чтобы никто не позарился. И такое бывает. Глянула на улицу — троица укладывала пакеты в багажник. Машина большая, черная. Шура в марках не разбирается, знает только, что называется эта машина «джип».
Шура посмотрела на часы. Петруша проснулся и захныкал. Она подумала: «Ладно, завтра все к столу куплю. Завтра тоже хороший день. Предпраздничный. Торговля будет еще бойчее. И народу будет невпроворот. Так что завтра не отлежишься. Работать надо». Она надела на Петрушу варежки, завязала потуже шарф и с усилием вытолкнула коляску на улицу.
Погода — дрянь, ветер в лицо, под ногами мокрая каша. Ямы, колдобины. Поди провези по этой гадости коляску. Петруша капризничает, замерз, наверно, есть хочет. До дома минут сорок ползти, а то и больше — по такой-то погоде. Но Шура не обижается — ни на погоду, ни на жизнь. Жизнь у нее сейчас сытая, спокойная."
"– Вот придем сейчас домой, сынок. Разденемся, отогреемся. Чаю свежего заварим. На ужин у нас картошечка с мяском, огурчики свежие. Тортик еще остался со вчера. Вкусный тортик, «медовик» называется. Сядем за стол, покушаем. Ты ведь любишь, Петруша, вкусненькое? А потом ляжем, сынок, в теплую постельку. Телевизор посмотрим. Яблочко погрызем или мандаринки. А завтра, Петруша, на работу. Уж извини. Завтра хороший день, хоть и тяжелый. А уж потом — красота! Новый год! Вкуснятины наберем: рыбки, икорки. Пирожных накупим — целую коробку. И — отдыхать. И у нас праздники будут. Передохнем, сынок. Дней пять передохнем. Все равно работы не будет. Все будут есть да спать и у телевизоров сидеть.
