Автор
В Лизиной комнате еще царит мрак, когда она слышит мамин голос с другой стороны стены. Ночь становится местом не только для отчаянных мыслей Лизы о своем непримиримом недовольстве соседями — Таня, ее бабушка и двое детей тоже спят глубокими сном. Каждый вздох в этой квартире дает о себе знать, будоража мрачную атмосферу недавнего утра....
Вызвали «Скорую» из ведомственной поликлиники. Врач долго ее осматривал, мял живот, мерил температуру. Потом вышел на кухню и объявил родителям, что скорее всего их дочь беременна.
Отец сжал плотно губы и заявил, что такого просто не может быть. При этом он гневно посмотрел на мать: недоглядела.
Мать дрожала как осиновый лист и приговаривала:
– Как же так, господи, как же так!
Врач вздохнул и развел руками.
Отец вышел с ним в коридор и попросил держать все в тайне — до выяснения ситуации. В смысле до окончательного уточнения.
Врач понимающе кивнул:
– Понимаю, понимаю, как же. У самого дочь подросток. Следим в четыре глаза.
Отец выдавил из себя улыбку:
– Я на вас рассчитываю.
– Если что — обращайтесь, поможем. А может, еще обойдется — ну, в смысле диагноза. Я тоже могу ошибаться, — заверил его врач. — Короче говоря, нужен хороший гинеколог, чтобы не травмировать девочку.
– Девочку… — усмехнулся отец и, тяжело вздохнув, протянул врачу руку.
Маман стояла у окна — к Светику зайти она не решалась.
– Допрыгалась? — спросил он.
Светик молчала.
– Ну, дело твое. И жизнь — тоже твоя. Если мозги куриные — так и проживешь. Как твоя мать. Только ей еще повезло. А повезет ли тебе — не знаю. Не уверен. — И он замолчал.
Светик тоже молчала.
– Что застыла? — со злостью спросил отец. — Сказать нечего?
Светик села на кровати и посмотрела на отца:
– Он домой днем приходил.
– Кто — он? — не понял отец.
– Славик, — тихо произнесла Светик.
– Славик? — переспросил отец.
Светик кивнула и опустила глаза. Отец вышел из комнаты, хлопнув дверью. Мать, стоявшая под дверью, испуганно отскочила.
– Славик твой! — прошипел отец и замахнулся на жену. Она вжала голову в плечи и зажмурила глаза. Он сплюнул на пол и ушел к себе.
Славик приехал через два дня. Мать спряталась в комнате.
– Что, сволочь? Не побоялся явиться?
Славик застыл и уставился на родственника.
– А что, Альберт Иванович, что-то случилось? — не понял он.
– Да нет, ничего, так, мелочи. Пил, жрал из моих тарелок, поступил куда надо не без моей помощи. Захотел жить красиво. А потом нагадил в моем доме.
– Я не понимаю, — прошептал испуганный Славик. — Пропало у вас что-нибудь?
– Совесть у тебя пропала. А у меня все на месте. Почти.
