Вообще ничего не было, кроме пистолета. А в такой густой темноте оружие было бесполезно.
Спускаясь, она ощущала, как дверь на кухню удаляется у нее за спиной: свет и знакомый мир остаются наверху, а она углубляется в другое измерение, состоящее из невыразимого ужаса и скрытых во тьме стонов.
Мила считала ступеньки, пока не дошла до конца. Двадцать шесть. Тьма внизу была такой густой, что коснулась щек, будто назойливая ласка.
Мила выбросила из головы все мысли о смерти: только полностью опустошив себя, она могла опередить события. Пошла вперед, повинуясь чутью.
Где-то рядом кто-то ее поджидал. Искал ее, притаившись в тени.
Дыхание снова превратилось в стон.
– Алиса? – окликнула Мила тьму.
– Кто там? – попробовала она снова.
На этот раз тьма ответила:
Голос взрослого мужчины. Мила замерла. Потом сделала несколько шагов и задела что-то металлическое носком ботинка. Нагнулась и, по-прежнему держа пистолет наготове, стала шарить по пыльному полу, пока не наткнулась на что-то. Наощупь пыталась определить, что это такое.
Газовая лампа для кемпинга.
Она нажала на кнопку, включающую электричество, услышала несколько коротких разрядов и одновременно свист поступающего газа. Держала палец на кнопке, пока лампа не загорелась. При тусклом свете увидела, что подвал выдолблен в скале: вокруг поднимались опорные столбы, на которых покоился фундамент.
К одному из них был прикован человек.
Мила подняла лампу, направила на него. Незнакомец прикрыл лицо рукой. Но сквозь пальцы можно было различить два испуганных глаза.
Ему было чуть больше двадцати. Тяжелые кандалы впивались в лодыжку. Босой, одет в какую-то робу.
Розовую, вроде той, что была на Энигме в тюремной камере.
– Кто ты? – снова спросила бывшая сотрудница Лимба.
Узник ответил не сразу.
– Меня зовут Тимми Джексон.
Но у Милы тотчас всплыло в памяти прозвище.
– Нужно отвезти его в больницу, – сказал Бериш вполголоса, отведя Милу в сторонку.
Он спустился к ней в подвал, закончив осмотр, и сообщил, что, кроме них, в доме никого нет.
Мила перехватила его на лестнице, хотела подготовить к тому, что он увидит. Но когда Бериш оказался лицом к лицу с узником, он весь побелел. Однако по поводу того, что делать дальше с Тимми Джексоном, они с бывшей коллегой расходились во мнениях.
– Ему необходим врач, – настаивал полицейский, показывая на парня.
Тот, все еще в кандалах, скорчился на полу, практически в позе эмбриона, со взглядом, устремленным в пустоту.
Бериш не сводил с него глаз.
