Автор
В убийственной интриге "Игры Саида" Ника оказывается в ловушке холодного диктата Саида, ставя ее жизнь на карту. Как бы она ни сопротивлялась, он не оставит безнаказанным — айсберги его тьмы окружают её, заставляя задыхаться в ледяном море его контроля.
Лучше любых результатов анализов. Вот оно, доказательство. В том, как Ника отступает, на секунду прижимает ладонь к животу.
– Думала, что я не узнаю? Ты от меня ничего не скроешь, пташка. Какой срок?
– Я не… Не знаю.
– Не знаешь срок или о чем я говорю?
Давай, пташка, соври мне. Дай повод окончательно сорваться, послав к черту всё. И так нервы горят, превращаются в отравленный пепел. Лёгкие сводит от гнева, ненависти, предательства.
– Нет, - качает головой, не дышит даже. – Срок не знаю.
– Ты хотела сбежать с моим ребенком, ничего не сказав? Плохое решение, пташка.
– Ребенок не вещь! Твой не твой, - передразнивает, но куда смиреннее. Тихо, едва кусаясь. Сжимается, укутанная в мою куртку. Не смотрит в глаза. – Я просто хотела оказаться в безопасном месте, где малышу ничего не угрожало бы. Разве это так плохо?
– И в бегах будет лучше, безопаснее чем со мной? Я – Саид Хаджиев и…
– И твою машину расстреляли! Пока я была с тобой внутри!
Срывается, кричит так, что уши закладывает.
"– Мы с тобой сидели в машине, а по нам стреляли! Твою квартиру подожгли, когда мы были в другом месте. Мы… Я даже не знаю, сколько раз тебя пытались убить, когда меня не было с тобой! Раз? Десять? Сотню? Господи, да Халида, твоего брата, взорвать летом пытались! Когда он был с ребенком, ты это помнишь?!
Помню.
Весть о смерти Халида быстро разлетелась, спустя пару минут после взрыва.
И всё.
Но брат оказался живым, сукин сын. Пока его девка за день успела всех приструнить, приказы отдавать, как сильная наследница империи Цербера, он в безопасном месте прохлаждался.
– И ты мне будешь говорить о безопасности, Саид?! Я, может, до родов не смогу дожить с тобой! Ты об этом не думал? Нет, ты ведь всесильный повелитель города.
– Должна.
Рявкаю, сжимаю её запястье. Тяну на себя, прижимаю. Девчонка отбивается, характер неожиданный проявляется. Или это гормоны начинают играть?
Только сейчас мне плевать. Спускаю на тормозах, закрываю глаза. Ника правду говорит, по больному бьет. Знает, как мужика задеть, сильнее всего бетонной плитой придавить.
