Погруженный в мрачные мысли, мужчина чувствовал себя уязвленным и подавленным. Когда лифт снова начал взбращенный по пьедесталам движение, он ощущал не только жаркий злорадный свет от лампочек, но и свирепую ярость, тянущуюся к нему из самых глубин его сердца. Вокруг стояло безжизненно — лишь слабое свечение, застывшее в бесконечном беспорядке....
Юрка вышел и через недолгое время вернулся с фонарем. Пока его не было, запах, исходивший от старика, усилился и распространился по всей комнатке. «Еще бы… – подумал Храпов, борясь с желанием зажать нос. – Два месяца не мылся. Чисто бомж!»
Бондарев, видимо, подумал о том же, потому что сочувственно взглянул на Юрку и понимающе хмыкнул. Фонарь он поставил на стул, быстро осмотрел щуплое тело и без всяких усилий перевернул Гройса на бок. Глядя, как легко он справляется со стариком, Юрка подумал, что все его страхи были напрасны: два месяца заточения любого волка превратят в обессиленную дворнягу.
От старика снова пошла волна запаха. Храпов задышал ртом.
– Умник, тебе помощь требуется? – страдая, спросил он.
– Чего? А! Нет, Юр, иди… Хочу убедиться, что он сам себе не устроил какую-нибудь травму. С него станется, если решит внучку спасти. А труп раньше времени нам не нужен.
«Что ж он о нем как о покойнике… – ужаснулся Юрка. – Старик-то еще живой и хотя бы неделю должен протянуть».
Он попятился и вышел из кладовки, полный самых невеселых мыслей.
– Что там? – спросил его Марк, жуя бутерброд.
Храпов взглянул на свисающий из бутерброда, как розовый язык, кусок колбасы, и к горлу его подкатила тошнота.
– Все нормально, – выдавил он и быстро выскочил за дверь.
Бондарев сообщил, что старик в полном порядке, разве что исхудал и страшно ослаб.
– Если внучка захочет на него взглянуть, то убедится, что дедушка жив, – закончил он. – Можно приступать к практике.
Поэтому на следующий вечер они сидели все вместе за столом, а девушка в белой рубашке раздавала им карты.
Группа Марка Паулса готовилась к осуществлению плана, разработанного Андреем Бондаревым.
– Камеры расположены на потолке, – сказала Ира. – Возле моего стола будет стоять очень внимательный инспектор. Наша игра не должна вызвать никаких подозрений. Делайте ваши ставки, господа!
– Приятно, что ты проявляешь такую заинтересованность в успехе! – усмехнулся Марк, двигая карты.
– И захочешь – не забудешь, – пробурчал Василий. – Два месяца учим, как дети таблицу умножения. Мне уже снятся эти фишки!
– Пускай снятся, крепче запомнишь.
– Ставки сделаны, ставок больше нет!
– Поехали!
Марк осмотрел всех, собравшихся за столом. Вася Храпов успел отрастить бороду и короткие густые усы и стал похож на помещика или управляющего поместьем. «Картуза ему не хватает».
