Погруженный в мрачные мысли, мужчина чувствовал себя уязвленным и подавленным. Когда лифт снова начал взбращенный по пьедесталам движение, он ощущал не только жаркий злорадный свет от лампочек, но и свирепую ярость, тянущуюся к нему из самых глубин его сердца. Вокруг стояло безжизненно — лишь слабое свечение, застывшее в бесконечном беспорядке....
Эти конвульсивные сжатия больше всего не нравились Андрею.
Редкие приступы ярости сменялись у Марка периодами благодушия. Тогда он шутил, делился планами и снисходительно поучал «молодежь». В нем просыпалось обаяние, которому трудно было противостоять, и частенько в такие дни разыгрывались шулерские партии – кто кого успешнее облапошит. Победителем всегда выходил Арнольд.
– О чем задумался, умник?
Бондарев вздрогнул – бесшумно подошедший Паулс опустил руку ему на плечо.
– О глупостях… Об игре…
– Сыграть хочешь? Раскинуть картишки?
– Э-э-э, нет, – отказался Андрей.
Свой собственный телефон Бондарев ухитрился утопить. Сразу за их участком начиналась болотистая низина, которую в один из скучных дней они с Юркой попытались исследовать. Телефон упал в черную жижу, та благодарно хлюпнула – и разве что не облизнулась, как сказал потом Юрка.
– Не надо было жилиться! – подал старший Храпов осуждающий голос. – Взял дешевку!
– Сглупил… – нехотя признался Андрей. – Ну дайте телефончик!
– Опять будешь червяками баловаться…
– Ну, буду… А что такого?
В конце концов Паулс выдал ему телефон, и обрадованный Бондарев уселся в угол – резаться «в червяков». «Мальчишка мальчишкой, – подумал Марк, глядя на него.
Он ушел на кухню, а когда вернулся, Андрей уже играл на телефоне старшего Храпова, сопровождая каждую победу громкими выкриками. Затем наступил черед телефона Юрки, за ним – Арнольда. Выиграв, Андрей станцевал посреди комнаты короткий, но эффектный танец победителя червячков, и отправился спать.
– Совсем освоился пацан, – вслед ему негромко, чтобы не услышал, сказал Василий. – Можно было на дело с Саней его не привязывать.
– Потому и освоился, что привязали, – усмехнулся Марк. – Ну все, отбой! Завтра отдыхаем, ничего не делаем. Чтобы к понедельнику все были как огурчики!
Понедельник, раннее утро
Охранник по имени Шурик курил возле банка, с наслаждением выпуская струйки дыма во влажный осенний воздух. Смена только началась, его ждали часы однообразной работы, которую Шурик ненавидел, но ему и в голову не приходило сменить ее на что-нибудь другое.
