Погруженный в мрачные мысли, мужчина чувствовал себя уязвленным и подавленным. Когда лифт снова начал взбращенный по пьедесталам движение, он ощущал не только жаркий злорадный свет от лампочек, но и свирепую ярость, тянущуюся к нему из самых глубин его сердца. Вокруг стояло безжизненно — лишь слабое свечение, застывшее в бесконечном беспорядке....
Кассиров и прочих работников своего банка он тихо презирал, называл «эти тетки» и для общения с ними изобрел особенный тон, который сам считал деловым: разговаривать нужно было скучающе, глядя в сторону и немного вниз. Тетки отчего-то начинали нервничать, повышали голос, и тогда Шурик демонстративно перекатывал жвачку во рту, потешаясь про себя над реакцией возмущенных женщин. Правда, такое удовольствие выпадало ему нечасто.
Курить конечно же не разрешалось, но Шурик чихал на запреты. Все чихали, и он тоже. Ничего страшного в этом тихом дворе случиться не могло, а на крайний случай у него в кобуре имелось оружие.
Шурик глубоко затянулся, поглядывая на фургончик, только что въехавший во двор. Судя по рекламе сосисок и колбас на бортах машины, фургончик должен был разгрузиться возле соседнего продуктового, но водитель перепутал дворы.
– Ну ты дурак… Развелось вас за баранкой, придурков, – посетовал охранник.
Шофер, очевидно, понял свою ошибку, потому что резко сдал назад, заехав на стоянку возле банка, и продолжал пятиться, приближаясь к подъезду.
– Нашел где разворачиваться! Проваливай отсюда!
Однако водитель, не замечая возмущенного Шурика, по-прежнему пятился, озабоченно крутя головой во все стороны. Машина подъехала почти вплотную, и охранник, шагнувший было навстречу фургону, вынужден был отскочить на крыльцо.
– Да ты офигел!.. – начал он.
И тут задние дверцы фургончика внезапно распахнулись.
Шурик не успел даже схватиться за кобуру – его втащили внутрь, ударили по голове, и последнее, что он успел почувствовать – это липкий скотч на своем лице и резкий технический запах.
Дверцы захлопнулись практически беззвучно, фургон тут же отъехал и встал в стороне под деревьями, никому не мешая. У черного входа банка он оставил двух «охранников», один из которых скользнул внутрь, а второй остался стоять на крыльце. Две неприметных легковушки одна за другой вынырнули неизвестно откуда и заняли места возле банка.
Двор затих."
"Ровно шесть минут спустя на площадку неторопливо въехала машина инкассаторов. Шофер, обнаружив, что к банку опять никак не подъехать, беззлобно обругал сотрудников, занявших все места, и остановился в двадцати метрах от входа.
Двое инкассаторов выскочили наружу и направились к банку, как делали много раз.
