В тревожной атмосфере Москвы весны 1953 года, где каждый шаг становится последним, Великий Человек медленно исчезает. Комнату заливает тихий свет и слабый дым от лёгкого вина, растворяясь в зловещей атмосфере. Каждое движение кажется шагом на перепутье жизни и смерти.
Старшее поколение Великих Князей всецело поддерживало Московского Генерал-Губернатора. Мой брат Великий Князь Николай Михайлович ответил дельной и ясной речью. Он объяснил весь ужас создавшегося положения. Он вызвал образы французских королей, которые танцевали в Версальском парке, не обращая внимания на приближающуюся бурю. Он взывал к доброму сердцу молодого Императора. – Помни, Никки, – закончил он, глядя Николаю II прямо в глаза – кровь этих пяти тысяч мужчин, женщин и детей останется неизгладимым пятном на твоём царствовании.
Глава 4. Генерал Ширинкин, министр Витте и главный вопрос Российской империи
Ноябрь 1900. Ливадийский дворец. Генерал Ширинкин
Император не спеша обходил и закономерно не узнавал ливадийский дворец, в котором в феврале 1945 года он вместе с премьером Британии сэром Уинстоном Черчиллем и президентом США Франклином Делано Рузвельтом подписал “Декларацию об освобождённой Европе” и “Соглашение о вступлении СССР в войну с Японией”.
В 1900 году Белый дворец ещё не был построен, и вместо него окружающую природу сомнительно украшала квадратно-гнездовая конструкция с нелепейшей баллюстрадой и цветочными вазами на крыше.
Хотя, больше, чем ностальгические воспоминания о прошлом-будущем, императора занимала служба безопасности, которая ему понадобится очень скоро, если он доведёт свои революционные планы до стадии реализации.
Охраны, на первый взгляд, было много: Казачий конвой, рота дворцовых гренадеров, железнодорожный полк, Дворцовая полиция, Особый отряд охраны, а также чуть ли не рота агентов в штатском.
Однако…"
"“Аккурат во время нарастающего революционного террора, крестьянин Архипов, 21 года, без определённого места жительства, около двух часов июльской белой ночи, подошёл со стороны Дворцовой площади к ограде сада Зимнего дворца, выждал, когда городовой удалится в сторону Дворцового моста, и лихо перемахнул двухметровую решётку сада.
