В тревожной атмосфере Москвы весны 1953 года, где каждый шаг становится последним, Великий Человек медленно исчезает. Комнату заливает тихий свет и слабый дым от лёгкого вина, растворяясь в зловещей атмосфере. Каждое движение кажется шагом на перепутье жизни и смерти.
И если таковой нельзя найти, его нужно организовать.
В 1894 году, после смерти императора Александра III, принц посетил Петербургский двор, желая приглядеться к своей будущей вассальной территории. К этому времени братья-масоны уже изрядно поработали в Зимнем дворце, и “Берти” чувствовал себя в “Северной Пальмире” вполне уверенно.
Будучи дядей бывшей принцессы Алисы Дармштадтской, нынешней Императрицы Александры Фёдоровны, Альберт Эдуард за первым же завтраком фамильярно и с солдатской прямотой заявил: ""Как профиль твоего мужа похож на профиль Императора Павла""[4]… Сказал, сослался на неотложные дела и отправился ждать, будет ли поклёвка?
Ждать пришлось недолго – уже на следующий день свой человек в Зимнем передал информацию о живом интересе, который проявляет императрица к судьбе несчастного пращура своего супруга, и особенно – к участию Британской короны в досрочной смене императоров в доме Романовых.
Проиграть в такой партии было невозможно.
"Однако, всё пошло не так, совсем не туда, где у принца Уэльского был заготовлен план “Б”, и совсем не по тем тропинкам, которые он заботливо устлал соломкой. Сначала Николай II никак не находил времени полистать подаренный ему альбом, хотя его регулярно подкладывали на самое видное место в кабинете.
Телеграммы Аликс бабушке, копии которых к Альберту Эдуарду по масонским каналам тайно отправлял премьер и глава МИД Солсбери, вскрывались его личным шифром и представляли собой китайскую шкатулку, где под Алисиной паникой, с требованием сделать хоть что-то, прятались сухие отчёты с перечислением необходимого, чтобы закончить начатое.
Появилась спешка, а с ней – ошибки и накладки. Гонец с дополнительной дозой сам отравился, не доехав до Ливадии. Свою собственную игру “Угадай наследника” начали придворные. Тихо бунтовали врачи, отказываясь ставить нужный диагноз. Все эти угрозы пришлось купировать, задействовав практически всю свою агентуру, включая ненадёжных и жадных турецкоподданных.
