В день, когда Нирель ушла в новый мир и больше не вернется, кажется, что я освобожден от ее тоскливого проклятья. Но страсть к ней, как болезнь, лишь сильнее разжигается, словно огонь из мрачного Империи Инфернум. Шантаи же наслаждается ее душой и телом за пределами Оливиума, и эта мысль все больше меня губит, как волчица во тьме, бесцельно рвущаясь к ней....
Альва прикрывала прелести пледом, а шантаи подушкой.
Они смотрели на меня в четыре глаза, в которых читался страх, а я ухмылялся в ответ. Все-таки Тулек хороший друг. Одной проблемой стало меньше. Теперь ему придется развлекать дочь Аскорна все то время, что она будет гостить в замке.
– Кирон, пожалуйста, не говори моему отцу! – взмолилась Раилда, чуть ли не падая на колени. Конечно! Ее волнение было оправдано. Аскорн не погладит альву по головке, когда она узнает, что его дочь разделила постель с шантаи не императорских кровей.
Стоило мне вспомнить бывшего советника, как сердце тревожно кольнуло. После ухода Нирель я его больше не видел и не знал, как он теперь живет. Может это и к лучшему. Зачем посвящать альву в свои дела? Не хватало еще того, чтобы он вновь увидел Нирель и начал строить нам козни. Хотя… Скорее всего он уже давно смирился с тем, что она принадлежит мне и живет своей жизнью.
– Не скажу. Развлекайтесь. Сделаем вид, что я не входил в покои, – подмигнул я Тулеку.
Они синхронно отрицательно покачали головами, и я вышел из комнаты. Куда она могла подеваться? Может, вышла на прогулку в сад? Но погода не располагала к долгим прогулкам. На кухне и в трапезной тоже не было Нирель. Я сел на трон, наблюдая, как прислуга суетится вокруг. Кусок в горло не лез. Я безотрывно смотрел на распахнутые двери, ожидая, что она с минуты на минуту войдет в зал. Но дождался лишь Милта. Тяжело дыша, он подбежал ко мне и развел руками.
– Император, Нирель нигде нет. Никто из прислуги не видел ее со вчерашнего вечера. Стражи говорят, что никто не покидал Маскулайн.
– В саду смотрел?
– Да. Там пусто. Айдис тоже ее не видела.
– Не может такого быть! – накалился я до предела, сжимая кулаки. – Вы осмотрели покои Келеара?
Вдруг я просто не заметил, что она закрылась в уборной.
– Нет, – испуганно протянул нагил.
– Пойдем со мной.
Оказавшись в комнате сына, я начал ходить по ней, словно загнанный в клетку зверь.
– Что?!
– Нет сапог, теплого платья и меховой накидки.
Меня будто обухом по голове ударило. Глаза жгло от гневного жара. Мысли перемешались. Я никак не мог найти нужную нить, чтобы зацепиться за нее и принять решение.
Милт держал в руках скомканную порванную сорочку, в которой Нирель приходила ко мне в покои и растерянно на меня смотрел.
