Воздух над станицей Михайловской был сладким от запахов степного разнотравья, смешанных с ароматами тутового самогона и дымок мангалов. Солнце клонилось к горизонту, заливая золотом папахи и бешметы собравшихся — веселых хмельных подающих признаки праздника Совместного круга Донского и Кубанского войска....
Точно! Стреляют вразнобой.
— Я к полковнику, доложить!
Быстро добежал до нужного костра. Отчитался.
— Ты вот что, Петро, возьми два десятка казаков и пошукай, что там стряслось.
Эээ… Где мне казаков брать?
Полковник раскусил мою растерянность.
— Сотник! Нестреляев! Хорунжему малый деташемент составь (1). Пулей!"
"Завертелось. Посыпались команды. Не прошло и пяти минут, как мне подвели оседланного коня. Горячего жеребца. Отдохнул за ночь, готов скакать. И отряд построился, каждый уже верхом. Пики вверх торчат, глядят молодцами.
Тронулись.
Чем ближе к месту, откуда доносилась стрельба, тем она все реже и реже. Кого-то явно добивали. Приказал ускориться, сменить походную легкую рысь на галоп. Сперва на горизонте заметили какую-то рябь. Приблизившись, разглядели мельтешивших на безбрежной равнине без единой балки, холма или кустов всадников, числом не меньше полусотни. Это были степняки. И они кружили вокруг чьей-то стоянки — вопили, размахивали кривыми саблями, время от времени стреляя из длинных ружей прямо с седла.
На наших глазам смерть или ранение одного из них отключила инстинкт самосохранения у степняков. Они бросились со всех сторон на свою жертву.
Сейчас добьют. А вдруг наши? Нападем-ка мы с тыла, пока нас не заметили.
— В пики!
Казаки перестроились в плотный ряд, выставили длинные пики перед собой и начали вслед за мной набирать скорость.
Ветер засвистел в лицо, рука привычно потянула из ножен шашку. Пистолет из седельной кобуры не доставал — черт его знает, как им пользоваться.
Проворонили нас степняки, увлеклись добиванием жертвы. Подставили нам спины в грязный халатах, за что и поплатились. Я, будто всю жизнь только этим и занимался, полоснул одного по нечесанной башке, другому ткнул в подмышку, когда он замахнулся.
Точно враги! Ошибки нет!
На земле я увидел окровавленные тела в мундирах. В этой степи в военной форме можно встретить только русского.
Осадил коня, завертел головой в поисках живых. Казаки погнались за противником, разделывая банду под орех.
