Весной 1801 года двадцать два тысячи казаков отправляются в дерзкий поход к Индии по велению императора. Когда приказ об отступлении уже близок, появляется загадочный человек, который меняет ход истории. Смогут ли донские казаки достичь Индийского океана и исполнить свою мечту?
Раздел Chitat.online для книги «Индийский поход. Хорунжий» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
В городах живут сарты — воевать не хотят, живут хитростью и обманом в торговле. Рабов много, обращаются с ними как со скотом…
Вывод из доклада Дюжа был простой: хивинцы — нам не противник, главное — плато пересечь и живыми остаться.
— Богатыршин! Пустых бурдюков много?
— Хватает, Вашбродь!
— Давайте к последнему источнику, в котором была неплохая вода. Наберем про запас — не себе, а для полка Белого. Чует мое сердце, трудно казачкам придется с непривычки!
* * *Полк Белого, пустыня Усть-Юрта, 21 апреля 1801 г."
"Корпус Платова готовился к подъему на Усть-Юрт. Запасали воду в бурдюках, на верблюдов, отнятых у киргизов, вешали по 15–20 пудов, а на тех, что пришли из оренбургских степей, хорошо если 2–3 пуда — на них уже смотрели как на мясо. Первый эшелон из 4-го Донского Астахова, Атаманского и Мироновского полков, как те, кто первым доберется до воды, двигаясь по аральскому коридору, и меньше всех пострадает от жажды, взяли с собой продовольствия на месяц, с расчетом поделиться со вторым эшелоном. Овса везли на восемь дней — именно за столько рассчитывали добраться до камышей у Урги. Часть продовольствия и других грузов вывезли вперед, не дожидаясь, пока корпус тронется с места, и оставили под прикрытием казацкой сотни у неплохого колодца с отличным дебетом воды. Памятуя о предупреждениях разведки, все прихватили с собой для ночевок бурки и шинели, несмотря на жару, с коей столкнулись еще на подъеме на плато. С перегревом у людей решили бороться купаниями в море, если спуски с чинков позволят выйти на пляж.
— У нас освежиться не выйдет, выпала нам дорога самая трудная, через пустынь, — честно признался полковник Белый, инструктируя своих сотников. — Ну да ничо! Мы усть-бузулуцкие, нас Усть-Юртом не напугать, мы прорвемся!
Выступили с развернутыми знаменами и песенниками впереди строя — до второй стоянки. После третьей, у первого водоема в виде ямы с застойной водой, песни смолкали сами собой, а знамена убрали в чехлы. На следующих привалах сотники воодушевляли подчиненных, напоминая им слова из приказа Платова: «Мы идем за святое дело — выручать из неволи неверных наших братий, а Христос сказал: нет выше любви к ближнему, как положить за него душу свою». Казаки слушали внимательно, хотя уже начали страдать. С трудом заставили себя попробовать горько-соленую воду, кого-то вырвало, и все поголовно начали маяться животом.
