Сотник Петро Василич просыпается от зловещего призывного крика Мусы. Темное утро в Хиве несет с собой тревогу — пора дежурить в дворце, где ждет важная тайна. Духота и жара безжалостно окружают воинов, но сегодня они нужны стране как никогда ранее.
(2) Существует версия, что именно М. И. Платову принадлежит инициатива ввести в казачью форму лампасы.
Глава 11
Солнце заливало золотом роскошные дворики летней резиденции эмира Бухары. Я проснулся не от привычного крика дежурного, не от ржания лошадей или приказов урядников, а от пронзительного, совсем не царственного визга павлина, что важно расхаживал по галерее, веером распуская радужный хвост. Этот крик, похожий на скрип телеги или кошачье мяуканье, создавал странный аккорд, сливаясь с тихим журчанием фонтана, что бил прозрачными струями посреди внутреннего двора стоявшего неподалеку гарема.
Я лежал на мягкой кошме, укрывшись тонким шелковым одеялом, и смотрел на узорчатые росписи потолка, где золотые листья переплетались с синими цветами. В воздухе витало благоухание апельсиновых деревьев и роз, смешанное с тонким ароматом благовоний. По сравнению с полевыми стоянками и лагерями — это был просто рай.
Встав, начал одеваться. Утренней зарядки сегодня не было — сотне перед сложным походом полагался законный отдых.
«Нужно ребятам напомнить, чтобы проверили бурки и войлочные подстилки», — сделал я себе зарубку в памяти.
Прошелся босиком по прохладному полу — глинобитному, но ровному как стекло, очень приятно охлаждающему стопы и исполненному мастерски — ни трещин, ни сколов.
"Потянулся. Все тело отзывалось приятной силой, но без той привычной ломоты, которая возникает в спине после недели в седле.
Выглянул в комнату, названную мной столовой. Там Марьяна и Зара, уже хлопотали у низкого столика, накрытого тонкими тканями.
