Флэй. Чуть помолчав, дикарь открыл глаза. "Что?" — спросил он тихим голосом, будто говоря мне самому себе в ответ на мое предложение быть полусонной. Я привстала и уселась рядом с ним, вздохнув. "Полчасу назад было страшно, а теперь скучно," — пробормотала я, чувствуя себя дикой странницей в своем сне. Как будет дальше?...
— Ваш… ваш…ство… Ваше сиятельс… тво, — наконец, выговорил он, падая на колени перед грозным Драконом. — Я не знаю! Не понимаю я!
— Скотина, где тело герцогини?! — заорал на него герцог.
— Сын мой! — воскликнул отец Энлер. — Остановитесь, что вы делаете?
— На дыбу, сукина сына! — бесновался Найяр. — Где, к бесам, герцогиня?
— Вы мне надоели, Найяр Грэим! — в сердцах воскликнул отец Бениго. — Пять ночей в покаянных молитвах!
— Чудо, — прошептал Первосвященник Таргара.
— Отец Энлер! — еще с большим негодованием вскричал посланник Владыки.
— Что?! — потрясенно вопросил Найяр. — Святая Книга — ложь?!
— К бесам, нет! — зарычал отец Бениго. — Вам послышалось, ваше сиятельство.
— Всем то же самое послышалось, что и мне? — вопросил герцог, оборачиваясь к не менее потрясенным святым отцам.
— В любом случае, это не вознесение, а представление устроенное вами, — палец посланника уперся в грудь герцога.
— Мной?! — глаза его сиятельства гневно сверкнули.
— Проклятье, — рявкнул отец Бениго. — Бесы вас задери, ваше сиятельство, и меня вместе с вами.
— Вместе молиться будем? — полюбопытствовал герцог, выпрямляясь.
Посланник отчетливо скрипнул зубами.
— В этом вопросе вы выкрутились, — прошипел он. — Герцогиня Аниретта была призвана богами и вознеслась, — громко объявил отец Бениго, и герцог с Первосвященником Таргара обменялись быстрыми взглядами.
— Завтра мы отслужим молебен по святой Аниретте, — произнес отец Энлер, возведя глаза к потолку.
— Чудесное вознесение моей дражайшей супруги попадет в Святую Книгу? — спросил Найяр.
— Да! — рыкнул отец Бениго. — Идемте спать. Его сиятельство со святыми деяниями прекрасно справляется сам, — ядовито произнес он. — Он и объявит наше свидетельство вознесения народу.
Послы Владыки удалились вслед, следом за ними ушли священники Таргара. Возле гроба остались только герцог, Первосвященник и смотритель.
— Пошел вон, — гаркнул на него его сиятельство.
