Автор
В дверях, притаившись, слушаю ключи на входе — судьбоносное событие, влияющее на мою карьеру. Дядя Егор внезапно замолкает после долгих размышлений: ожидается нечто грандиозное. Моя неприкрытая любопытность мчится за этими новостями, будто я — главный актер в спектакле, где все решается одним звонком....
— Да забирай, — соглашается умиротворенная бабуля, которая уже походу прикидывает, какие инъекции и куда она себе сделает. Надеюсь, урон дяде Гере она нанесет существенный. Хотя, в этом плане на ба можно положиться.
Пока бабуля не передумала, я подхватываю блюдо с пирогом и, собирая по дороге свое шмотье, иду к себе.
А дома в прихожей меня встречает сумка, оставленная Марком, и настроение портится.
Я, конечно, оптимистка, как ей не быть в такой семье как у нас, но испорченного романтического вечера жаль.
Зато приключений отхватила, будет, что детям рассказать! Тут же включается неунывающая непоседа.
Так, девочки! Ша! Если так дальше пойдет, дети отложатся надолго.
Почему-то вспоминается Раевский с его глобальными планами. Думаю, он вряд ли имел ввиду свадьбу-кольца-пупса на машине, но дети от него, наверно, будут удачными. Такая фактура пропадает! Какие руки и плечи, ямочка на левой щеке, глаза синие, целуется как бог… Что-то меня не туда понесло.
Лисянский еще этот бесячий.
Одна радость, что наконец душу отвела.
И Марка жалко… Набираю его еще раз, но телефон по-прежнему не отвечает.
Но Раевский! Какой мерзавец! Он подло сплавил Марка на эту стажировку! И что теперь делать? Рассказать? Но он же говорил, что давно подавал на нее заявку… Черт! Как с мужиками сложно!
С такими мыслями, уничтожив столько шарлотки, сколько смогла, я проваливаюсь в сон. И даже успеваю немного поспать, прежде чем меня будит телефонный звонок.
Шипя и ругаясь из-за потревоженных ссадин, я мечусь по комнате в темноте, пытаясь определить, в какой стороне звенит. Секунд через двадцать меня озаряет гениальная идея, и я включаю свет.
Мобильник тем временем продолжает пиликать у меня на подушке.
Хватаю трубку.
— Марк! — сиплю я непослушным со сна голосом.
— Элька, прости, разбудил… — винится он.
— О чем ты говоришь? Ты как?
— Как ни странно нормально, — отвечает Марк. — Злой, нервный, но со мной все в порядке, только я не знаю, как теперь успеть и к тебе за вещами, и на самолет.
Точно, ноутбук же его тоже в прихожей. Айтишник без ноутбука — нонсенс. Без трусов еще улетел бы, без ноута — нет.
— Жаль, что так получилось вчера, я думаю, ты обо всем догадалась, да? Ты выглядела шикарно, — даже на расстоянии меня греет теплый голос Марка.
Хорошо, что он не знает, какая я тугодумка, и что единственный, кто догадался, — это ба.
